Люди впервые ступили на Марс сто тридцать земных лет назад. Первая постоянная марсианская колония была основана лишь спустя пятьдесят восемь лет, когда сразу три огромных корабля с улучшенными, прошедшими многолетние испытания двигателями доставили учёных, инженеров и обычных мечтателей на бесплодную проржавленную терра инкогнита…
Астрономический объект: Марс_
Звезда и порядковый номер орбиты: Солнце, 4_
Среднее расстояние от звезды: 228 млн. км_
Средний радиус: 3389,5 км_
Период вращения: 24 земных часа 37 минут_
Период обращения: 668,6 солнечных суток (687 земных)_
Ускорение свободного падения (экватор): 0,378 g_
Температура на поверхности: от -153 °C до 35 °C, средняя: -63 °C_
Состав атмосферы: 95,3% углекислый газ (CO2), 2,7% азот (N2), 1,6% аргон (Ar)_
Спутники: 2_
1. Люди Марса
Марс простирался впереди во всей своей холодной бесстрастной молчаливости. Далёкое солнце, клонившееся к закату, бросало свои слабые бледные лучи на древнюю безжизненную возвышенность, по которой, поднимая за собой пыль, продвигался вездеход. На западе же, частично закрывая обзор, стремилась в оранжево-коричневое небо гигантская гора высотой в полтора десятка километров, вершина которой терялась в атмосферной дымке – давно потухший щитовой вулкан Elysium Mons.
Два человека в кабине сверялись с приборами и изредка перебрасывались фразой-другой, думая каждый о своём. За рулём машины, отлично защищённой от внешних воздействий и оборудованной полной системой жизнеобеспечения, сейчас находился Зейн Геврал, механик и навигатор, в возрасте пятидесяти семи земных лет. Кентор, двадцатишестилетний исследователь, сидел на месте штурмана, сверяя маршрут по голографическому планшету. Сегодня их задачей была разведка нагорья и окрестностей каньона Элизий, слабо изученной области к северо-западу от базы Совета Гевралов.
Кентор следил за прямой линией маршрута, медленно удлинявшейся на светящемся виртуальном мониторе по мере продвижения вездехода. Орбитальный спутник принимал сигнал их радиомаяка, позволяя осуществлять трекинг местоположения с высокой точностью. Операторы Совета получали данные о расположении всех машин за пределами базы в реальном времени, и в случае внештатной ситуации помощь подоспела бы в течение примерно минут тридцати. Тем не менее, расслабляться не следовало – вне купола базы с установками, постоянно нагнетающими кислород, повреждение автономной системы воздухоснабжения могло быстро стать фатальным.
Как и Зейн, Кентор родился и вырос здесь, на Марсе. Он привык к миру, в котором воздух был первичной, жизненно важной ценностью, за наличием которой нужно было следить постоянно. Несмотря на то, что он бывал на Земле, где кислород присутствовал в изобилии и был чем-то само собой разумеющимся, тогда он за три с половиной месяца так и не смог привыкнуть к тому странному, тяжёлому миру, где можно было выйти наружу, не думая о скафандре, – к прародине человечества.
Люди впервые ступили на Марс сто тридцать земных лет назад. Тогда это было величайшим достижением, расширяющим горизонты возможного, но с точки зрения сегодняшней ситуации это была безумно опасная, плохо подготовленная одиночная вылазка, которая могла и едва не стоила героическим первопроходцам жизни. Первая постоянная марсианская колония была основана лишь спустя пятьдесят восемь лет, когда сразу три огромных корабля с улучшенными, прошедшими многолетние испытания двигателями доставили учёных, инженеров и обычных мечтателей на бесплодную проржавленную терра инкогнита. Три сотни землян, покинувших родную планету навсегда, чтобы дать начало новому человеческому миру. Годы спустя ещё семьсот космических экспертов и энтузиастов науки присоединились к ним по программе колонизации.
