Александр Керенский, черпавший силы в преданности и священной любви к России, не посчитал за унижение оскорбления своего имени. Он стоял выше наветов. За каторжный труд, говоря фигурально, в российской каменоломне на благо своего народа это была не ощутимая «плата.» Его воровски отставили от высокого поста и объявили вне закона. А он продолжал бороться за Россию, Верившие в него люди, а это без малого вся Россия, по зову сердца боролись вместе с ним против режима засилья и лжи.
Когда же стало невмоготу, они способствовали ему достойно покинуть страну. Нет! Не бежать из страны, трусливо озираясь, как это изображает пропаганда, а гордо с высоко поднятой головой оставить Отечество. Но и заграницей он не прекращал своей борьбы. Как и по обширной стране вспышки протеста не прекращаются долгие годы.
Он никогда не держал в руках оружия. Его силой было Слово. Правдивое, убеждающее слово. И это ему также вменялось в вину. Всё! Всё! Он! Он! Все что сделал он в грозную годину, никому другому не было под силу. А слюнявая молва как из подворотни, сквозь зубы: это не то и это не так. Да куда ему… Он даже не смог расстреливать, топить в баржах людей. Державу, какую! Прок-л. И много чего обидного и злостного. А деньги? Эти керенки…Смех!
И все это ложь от начала до конца! Хотя бы российские ассигнации! Они имели хождение по всей стране вплоть до 22 года, были в обращении «самостоятельнее» многих других валют. А в мире они приравнивались к золотому рублю. «Керенки» – вовсе не прозвище, а звание купюрам достойное и возвышенное, но никак не обидное. Также и уездный красивый город в Поволжье, сходный по звучанию, лишен славного своего имени. Народ проснулся и себя не узнал. Что за наваждение! И ради чего? Ради кого? Чтобы не было повода сравнивать. Косили под самый корень. Без разбору. Ведь только в сравнении познается истина. Значит и следа никакого, даже чуть схожего, нельзя оставлять…
Кто ныне волен во весь голос крикнуть: «Довольно, насытились, отдохните!» Один век уже прошел, закончился!.. Пора и меру знать. Совсем не трудно отнять у человека его жизнь. Но лишить человека главного его достояния – Памяти о нем, никому не позволено и не доступно!
Отлить бы Правителю России, царские памятники по Руси, не скупясь! Упокоить его прах в родной российской Земле, справедливости ради! И слово доброе молвить…
А прощения, если кому-то не угодил, он не попросит. Горд без меры человек Россией!
<p>Книга первая</p><p>Часть первая</p>
