– Нет, – решительно перебила Наталья. – Я сознательно сделала так, что Борис не знал ни номера ячейки, ни ее кода.
– Очень разумно.
– На следующий день, – продолжала девушка, – когда мы с ним вышли из ресторана, меня похитил незнакомый мужчина, – вяло ругнулась. – Мой первый похититель…
Алексей и Аня вышли к высоченному памятнику летчику-герою Валерию Чкалову.
– Величественное сооружение, – осматривая памятник, бросил молодой человек.
– Да, – согласилась подруга.
За памятником начиналась известная и длиннющая лестница вниз к Волге, слева находился неприступный Кремль из красного кирпича.
Какое-то время они постояли на набережной и полюбовались красивыми видами на Волгу и Заволжье, а также известную Стрелку (место впадения Оки в Волгу)…
Нижний Новгород
Майор быстро достал из кармана три мужские фотографии и передал девушке. Наталья выбрала одну из них и со словами:
– Это он, – вернула фото.
– Сие частный детектив Власов, – убирая фото, выдавил майор. – Сколько у вас было похитителей?
– Трое… – хмуро буркнула Наталья и хотела еще чтото добавить, но замолчала.
Инин улыбнулся.
– Вы хотели сказать – не считая меня.
– М-да, – выдавила девушка.
– И кто они?
– Вторым был авторитет Медведь, вернее, его люди, – ответила Наталья. – А третьим – неприятный усатый тип, – на глаза навернулись слезы. – Гадкий, мерзкий и подлый мужлан, настоящий сексуальный маньяк…
– Успокойтесь, Наташа, – решительно подбодрил майор, – страшное уже позади. Сейчас вы в безопасности.
– Хотелось бы верить, – вытирая рукой слезы, бросила девушка. – Но у меня перед глазами все еще стоит этот маньяк.
– Заверяю, мы его обязательно найдем. Вы напишите заявление, и он надолго сядет.
– Обязательно напишу, таких людей надо изолировать.
– Решили. Но давайте вернемся к кладу.
– Да, хорошо. Первый похититель стал мне угрожать, сказал, что подвергнет жестоким пыткам, искалечит меня как женщину. Я испугалась, решила отдать ему клад, согласилась проехать с ним на речной вокзал за ним. А там неожиданно раздался выстрел, он упал, я в сутолоке сумела убежать. Я также сумела перепрятать рюкзак.
– На железнодорожном вокзале?
– Да, я туда приехала на такси с рюкзаком и случайно, в туалете, встретила школьную подругу Раю Зимину. Она работает проводницей на поезде по маршруту Москва-Киров. В Нижнем Новгороде у них была остановка. Я ей передала рюкзак, помогла одеть и попросила доставить в Москву, в свою квартиру. А я потом бы рюкзак забрала.
«Власов – серьезный мой конкурент, – раздумывал майор. – Он легко вычислит путь Радужной. На железнодорожном вокзале полно камер и он может…», – изрек:
– На вокзале много камер, вас могли засечь…
– Я про камеры сначала не подумала, – продолжала девушка, – про них напомнила Рая. Она же предложила подстраховаться.
– Это как?
– У нее была синяя косынка. Она набросила ее на плечи и прикрыла косынкой сиреневый рюкзак. Чтобы камеры не засекли рюкзак.
Майор усмехнулся такой изобретательности.
– А я по ее совету, выходя из туалетной комнаты, подхватила старую женщину. И в обнимочку с ней мы вышли из здания вокзала.
Майор снова усмехнулся:
«Непостижимая женская логика!» – и спросил:
– Координаты Раи у вас есть?
– Сейчас нет.
– Это как так? – удивленно воскликнул майор, нервно подергался корпусом.
– Видите ли, мой первый похититель, как вы сказали, Власов, забрал мою дамскую сумочку. Там было много всего, в том числе кошелек, паспорт и телефон с номером Раи Зиминой.
– Так. А где она живет, вы знаете?
– Раньше она жила недалеко от нашего дома на улице Профсоюзной, мы же вместе учились. Потом она вышла замуж, сменила фамилию и переехала в другой район.
– Ну, – задумчиво выдавил майор, – найти человека в Москве в наше время – это не проблема, – улыбнулся и добавил. – Я вас на некоторое время оставлю. Потом приду, и мы отправимся в Москву.
В это время из репродуктора раздавался величественный мужской бас:
Алексею хотелось знать побольше о своей невесте. Но спрашивать напрямую о ее биографии он никак не решался.
Поэтому, когда они оказались в номере отеля, улыбаясь, Алексей мягко вымолвил:
– Дорогая Аннушка, я заметил, что ты совсем не звонишь своим родителям.
– Правильно заметил, – улыбнулась подруга, – я им звоню редко. Понимаешь, между нами последние годы сложилось некое недопонимание. Сначала, когда погиб мой друг, я была на грани психического помешательства. Они тогда не поняли и не одобрили моего ухода в монастырь. Теперь вот они не понимают моего решительного возвращения в обычную жизнь.
«Она многое пережила. Какие в ее жизни все-таки были резкие повороты!» – подумал Алексей и бросил:
– Даже не знаю, что и сказать.
– А ты, дорогой Алешенька, ничего и не говори. Жизнь сама все расставит по своим полочкам.
«Вероятно», – согласился Алексей…
