Кешбэк из поцелуев полностью

– Марийка! Маняша! –Знакомый голос надрывался где-то вдалеке. Дверной звонок глушил все мысли. Мигом вскочила и тут же застонала. О боже, как же болит голова! Доплелась на звук до двери. Руки сами дёрнули запертую дверь, а затем скинули крючок. Крючок? Дверь распахнулась. На пороге стояла Наташка. Наташка? Подруженька моя закадычная ещё со школьных времён. Сидели за одной партой, сплетничали, хихикали. Потом выпускной, институт. Дорожки наши разбежались, но дружба сохранилась. У меня экономическое образование, она же выучилась на школьного учителя. Нам повезло, мы работали рядом в одном посёлке. Я в колхоз устроилась работать, она пошла в школу учительствовать. Я выскочила замуж за Петюнечку, Наташка была свидетельницей на свадьбе. Как она отплясывала в паре со свидетелем «русского»! Надежда Бабкина отдыхает. Милая моя Натали долго рылась в кавалерах со своим крутым нравом и только пять лет назад отдала руку и сердце поляку и укатила на историческую родину мужа. Мы долго переписывались и перезванивались, потом два года назад я скаталась в Польшу и получила огромное удовольствие от недельного отпуска за рубежом. Годовалый Вацлав, сын подруги и живое доказательство её счастья, не мешал сплетничать как раньше и наслаждаться общением. И вот теперь я снова вижу Наташку. Исхудала, волосы плохо подстрижены, круги под глазами, сами глаза лихорадочно блестели:

– Проспала. Шмелём одевайся и погнали!

– Куда погнали? – Я очумело пялилась на Наташку. Снится мне что ли? Да она ли это вообще?

– Да, последняя стопка явно была лишней. А вот закуски не хватило, – Наташка проговорила скорее для себя, чем для моей персоны.

– Мы вчера пили?

– Снегурочка ты моя подтаявшая, совсем твои мозги набекрень съехали. Мы не пили вчера, мы бухали по-чёрному позавчера. А вчера ты вспомнила про своего Игорька, безвременно ушедшего из мира сего и догналась самостоятельно пузырём водяры.

– Куда ушёл Игорёк? – Туман не рассеивался, в голове бродили хмурые тучи непонимания. Да что происходит?

– Ну ты, мать, даёшь! – Наташка покрутила выразительно пальцем у виска: – Игорёк твой ещё в чеченской стычке погиб, ушёл безвременно из жизни. А вчера был его день рождения. Ну ты и напоминалась нехотя. Пошли скорей!

– Куда?

– На работу! Ты в магазин устроилась.

– В магазин? – Я пялилась на Наташку и ничего не понимала. Ужасный сон всё никак не заканчивался.

Наташка вздохнула, оттолкнула меня в сторону, побегала по территории и всё устроила. Она сунула мне в руки кофту, юбку, башмаки. Помогла одеться. Мы синхронно выскочили на крылечко. Наташка заперла дверь и вручила ключи и сумочку хозяйке имущества, то есть мне. Дешёвая изрядно потрёпанная сумка из невинно убитого дермантина соответствовала статусу нищенки. Дурной сон продолжался. Мы дорысили до здания крупного магазина. Наташа махнула рукой:

– Тебе в эту дверь. Скажешь, что новая уборщица, документы в пятницу приносила. Это на случай, если у тебя совсем память отшибло. А я в соседний магазин батрачить. Ну пока! – Наташка махнула рукой с сторону соседнего здания и спешно удалилась.

– Пока.

Я послушная девочка, взялась за мытьё полов в огромном торговом зале. Инструкция от начальства была краткая и очень познавательная. Работа не привычная, но нетрудная. Я упорно тёрла пол шваброй и начинала потихоньку соображать. Сон, не сон, но проснуться я никак не сумела. И это всё взаправду? Куда подевалась моя прекрасная стабильная жизнь? Ну да скучновато последнее время проводились семейные вечера. Дети подросли, у них появились свои тайны, интересы. Я от них отдалилась медленно, но верно из-за своего нового назначения. Председателем крупного колхоза работать не просто. Муженёк не визжал от восторга, когда я объявила о своём выдвижении на новый пост. Так случилось, что муж охладел в постели. Случилось это медленно и почти незаметно, но ведь случилось. Он стал чаще пропадать в командировках. Я же вся ушла в дела, в работу. Подозреваю, что супружник утешался на стороне с секретаршей. Мой взлёт в карьере ударил по самолюбию супруга. Я думала, утрясётся как-то всё, само собой. Где же я ошиблась? Магазин был большой и его просторы позволяли много и плодотворно трудиться, а чистый пол приносил удовлетворение. Частичное, я бы сказала, удовлетворение, ведь по залу постоянно сновали покупатели и тут же всё затаптывали. И откуда они только берутся? Город-то маленький!