Но рекомендованные апелляционным судом США слушания так и не состоялись. Вместо этого стороны предстали перед Верховным судом Соединенных Штатов. С его помощью правительство надеялось защитить свои позиции, преодолеть хаос, вызванный противоречивыми решениями апелляционного суда.
Заседание состоялось 28 января 1958 года. Высший государственный трибунал лишь усилил неразбериху. Дело повисло в воздухе.
Больше десяти лет Джудит Коплон, теперь миссис Альберт Соколов, оставалась на свободе, пока правительственные чиновники обсуждали и взвешивали, как быть с ее делом. Оно осталось одним из самых известных «гиблых дел» в анналах юриспруденции.
Ныне Джудит Коплон по-прежнему свободна, хоть залог ей так и не возвратили. Обвинения с нее все еще не сняты, и невозможно узнать, снимут ли их когда-нибудь. Дело Джудит Коплон пережило четыре администрации: Трумэна, Эйзенхауэра, Кеннеди, Джонсона.
Миссис Соколов – почтенная мать семейства. У нее четверо детей, она ведет жизнь обычной домохозяйки. Мистер Соколов приобрел кирпичный дом, построенный сто тридцать два года назад, в нижнем Бруклине. Семья занимает три из четырех этажей.
В темных волосах Джудит появились седые пряди. Но она легко взбегает вверх по лестнице и в среднем возрасте сохраняет поразительную моложавость, хотя и пополнела.
Вы спросите: почему Джудит Коплон не добивается отмены приговора и возвращения 60 тысяч долларов? Ответ прост: матери четверых детей меньше всего хочется, чтобы им стало известно о ее прошлом. Шпионаж – трудная тема для разговоров с подростками, особенно когда речь идет об их матери.
Если заговорить с мужем Джудит о прошлом, он отвечает: «Мне не хочется обсуждать это. Мы очень ценим выпавшее нам счастье, уединенную жизнь…»
Губичев тоже жил эти годы уединенной жизнью. За все это время никто о нем не слышал. Да и жив ли он?
В связи с делом Губичева – Коплон возобновилось требование о расследовании деятельности Организации Объединенных Наций. В 1948 году небольшая группа конгрессменов и сенаторов выразила возмущение по поводу обвинений ООН в подрывной деятельности, хотя критики и объявили их поведение «немыслимо безответственным и истерическим». Однако нет дыма без огня.
Все были ошеломлены, когда трое служащих визового отдела государственного департамента свидетельствовали перед сенатским судебным подкомитетом, что коммунистические страны используют штаб-квартиру ООН как ворота, через которые сотни агентов просачиваются в страну и свободно разгуливают по ней под прикрытием дипломатического иммунитета.
Один из свидетелей, Уильям Макграт Харлоу, начальник департаментского отдела дипломатических виз, заявил, что «каждый представитель страны, расположенной за «железным занавесом», связанный с ООН, «представляет угрозу для безопасности Соединенных Штатов».
Двое других: Роберт Дж. Александер и Р. Клайд Ларкин – также утверждали, что безопасности США угрожают несколько сот представителей Советов и стран социалистического лагеря, использующих ООН как прикрытие для подрывной деятельности.
Ларкин сообщил сенатскому подкомитету, что некоторые агенты занимаются сбором разведывательных данных в пользу своей страны, а также коммунистической пропагандой.
Александер, эксперт по визовым вопросам, ветеран государственного департамента, подлил масла в огонь, добавив, что ООН словно медом приманивает международных и доморощенных коммунистов.
Эти заявления вызвали раздраженную реакцию комитета ООН по кадрам, который от имени более трех тысяч служащих принял резолюцию, решительно отвергающую обвинения в шпионаже. Резолюция утверждала, что «выдвинутые необоснованные обвинения и способ их оглашения причиняют вред Организации Объединенных Наций в целом и Секретариату в частности».
И все же выдвинутые тремя служащими госдепартамента обвинения заставили государственного секретаря Джорджа Маршалла сформировать комитет, куда вошли Бенджамин Маккелуэй, Джеймс Роу-младший и Маршеллус Шилд.
Заслушав свидетельства и завершив расследование, комитет доложил государственному секретарю, что не обнаружил не только сотен, но даже и одного человека, который бы под прикрытием ООН злоупотреблял гостеприимством Америки, ведя или замышляя шпионскую деятельность. Комитет был «шокирован формой предъявления таких серьезных обвинений» и подчеркивал, что «безответственные заявления могут иметь серьезные последствия для международной политики Соединенных Штатов».
ООН чувствовала себя оскорбленной, а за рубежом возникли сомнения в искренности поддержки Америкой великой инициативы становления всемирной организации.
«Нью-Йорк таймс» так прокомментировала инцидент: «Этого могло не случиться, и эпизод этот, безусловно, не привлек бы такого внимания, если бы представления о полной чистоте рядов ООН не опровергались деятельностью соответствующих комитетов конгресса. Мы должны себя защищать, но при этом нельзя впадать в истерику».
