Я снова увидел желтую трехглазую маску среди улыбающихся женских лиц.
— Для барона Ротшильда был разработан специальный цереброконтейнер в виде головы с прочностью среднего человеческого черепа. В голову-цереброконтейнер вмонтированы камеры разных световых диапазонов, микрофоны, детекторы запаха и вкуса. Тело барона — это механическая кукла на основе полимоторного эндоскелета, характеристики которого достаточно близки к физическим параметрам человека. Мозг барона управляет телом через специально созданный интерфейс. Можно сказать, что Мандела де Ротшильд — единственный и крайне дорогой экземпляр так называемого Homo Extensis, «человека дополненного», первоначального проекта мировых трансгуманистов. Воплощение их мечты о вечной жизни в обновленном теле…
Я увидел старинную карикатуру — человек-робот с головой в виде прозрачной банки с плавающим внутри мозгом.
— Причины, по которым подобное техническое решение не пользуется популярностью, очевидны, — продолжал диктор, — цереброконтейнер в подземном хранилище защищен несравненно лучше, а индивидуальный опыт мозга совершенно не связан со способом его хранения и физической мобильностью. Но барон предпочел сохранить человеческие риски, даже перейдя в банку. Латинский девиз на его гербе переводится как «Быть там, где ты есть». Барон может курить и пить, насыщая свой мозг никотином и алкоголем, он может глотать пищу, приблизительно ощущая ее вкус, хотя она и выводится из его механического тела непереваренной. О его сексуальных похождениях ходят легенды. Мандела де Ротшильд регулярно меняет гендер и параметры своего механического тела, производя в нем различные модификации. Меняется также и его маска — она может быть мужской, женской, небинарной и даже детской, хотя как огромный ребенок он весьма страшен. Барон занимается боевыми искусствами и соревнуется в них с живыми людьми, подвергаясь опасности наравне с ними…
Я увидел барона на ринге. Он был похож на минотавра, напавшего на заблудившегося в лабиринте беднягу. Минотавр легко и быстро бил свою спарринг-жертву композитной ногой в голову — раз, два, три…
— В последние десятилетия барон удалился от ежедневного управления своей финансовой империей, хотя и сохраняет над ней общий контроль. Он по-прежнему приглашает на свой личный остров важнейших влиятелей и художников современности. Некоторые церковные иерархи, имеющие доступ к информации о бароне, считают его либо Антихристом, либо его предтечей…
Ролик кончился. Несколько секунд я жмурился, дожидаясь, когда пройдет головокружение. Потом поднял глаза на Люсика.
— И чего он хочет?
— Тебя приглашают выступить для узкого круга его гостей. «Катастрофа», «Летитбизм» и еще какая-нибудь вбойка на твой выбор.
— Где?
— На его личном острове рядом с Венесуэлой.
— А что это за проект «Встречный Бой»?
— Где ты видел? — напрягся Люсик.
— Маркировка ролика.
— Дебилы, мать их… Тебя не касается. Не парься. Ты согласен?
— А как мы попадем на этот остров?
— Барон пришлет бизнес-джет. Визы и все прочее устрою я. Тебе, как рептильному влиятелю, дадут сразу.
— А Герда… Ну… Ее имплант будет там работать?
Люсик засмеялся.
— Герда будет работать везде. Ее имплант на связи с нейросетью через омнилинк. Во всех бизнес-джетах он есть. Единственное, его блокируют на десять минут на время взлета. На это время она просто уснет.
— А зачем барону выписывать нас в живом виде? Что ему, мало стрима?
— Во-первых, живой концерт есть живой концерт, — сказал Люсик. — Во-вторых…
Он оглянулся по сторонам, словно проверяя, не слышит ли нас кто-то еще. Это был, конечно, шутливый жест, но я понял, что шутки кончились.
— Открываю тайну. Главная цель твоего визита — конфиденциальные переговоры, которые проведет через тебя с бароном наше низшее руководство.
— Через меня? — изумился я. — Зачем?
Люсефёдор засмеялся.
— Все прямые коммуникации баночных политиков со знаковыми мировыми фигурами отслеживаются трансгуманистами. Секретный контакт между бароном и Вечными Вождями невозможен. На линии с самого начала будут чужие глаза и уши. Но мы сможем создать надежно зашифрованный канал связи с тобой через специмплант. А важнее всего то, что тебя никто не слушает. Ты никому не нужен.
Я понял — он не про мое творчество и обижаться глупо.
— И что дальше?
— Барон сможет приватно поговорить с тобой через речевой синтезатор в специально защищенном от электронного прослушивания месте. Того, что ты ему скажешь, не услышит никто, кроме него. А сказанного тебе не услышит никто, кроме нас.
— А что я ему скажу?
— Тебе это не надо знать. В нужное время и в нужном месте твой рот заговорит сам. От тебя потребуется только физическое присутствие.
— Славянка? — догадался я.
— Что-то вроде. Детали пока неясны, многое будет зависеть от протоколов безопасности. Непонятно, до какой степени мы сможем контролировать происходящее. Но так или иначе пообщаться вы сможете. Вернее, пообщаться смогут барон и один из Вечных Вождей… Поверь, в руководстве перебрали множество вариантов, и этот — самый надежный. Гордись, Кей. Послужишь своей стране.
— Гм…
