— По вашему тону слышу, что вы и сами в это не верите. Представьте, если появится новый лидер — рано или поздно это случится, иначе общество функционировать не может. Если программа этого лидера будет полезной, а сам он достаточно адекватным, возможно, ваш сын найдет себе нового кумира и пойдет за ним… Но тогда вы хотя бы сможете присмотреть, чтобы он не натворил бед, верно? А пока я буду говорить с ним так, словно его разлюбезный Лорд жив, — Снейп развел руками. — Поверьте, я просто не вижу других вариантов, а главное, стимулов для выздоровления. Раз уж вы им не стали.
— А… вы что, надеялись, что он захочет выздороветь ради меня?
— Первокурсником он боготворил вас. Что стало потом, вам виднее, — Снейп закрыл саквояж с лекарствами и резко развернулся. — Разрешите откланяться.
— Высокий ум безумию сосед. Границы твердой между ними нет[5],— с выражением процитировал Арагог, прищелкнув жвалами от удовольствия, а чета Малфоев сделала попытку раствориться в креслах. — Удивительно, просто удивительно!
— Что именно? — поинтересовался наслаждающийся картиной Хагрид.
— Ну как же, в Британии был свой Сенека… Правда, на несколько веков позже [6].
— Семнадцатый и четвертый до нашей эры, ничего себе «несколько», — вставила шпильку Осенина, сменившая свой вид с «буратино» на куда более очеловеченный, потому что хозяева дома реагировали на нее куда интереснее, чем раньше, особенно хозяйка, конечно. — Впрочем, столетие за столетием, а ни люди, ни мысли не меняются.
— В Риме теплее. Цивилизация развивалась в наиболее благоприятствующих тому местах, — примиряюще пробурчал Арагог, под специальным оборотным выглядящий куда скромнее — зелье, увы, действовало только на его размеры.
— Почему тогда все эти цивилизации оставили после себя лишь памятники, но не сохранились? Или всякая цивилизация содержит в себе зерно своего краха?
— Я бы и сам об этом почитал, — улыбнулся Хагрид. — Но, полагаю, дело в источниках энергии. Пока что для продолжения прогресса необходим их постоянный прирост, когда же он прекращается, вскоре следует распад.
— Или завоевательные походы, — кивнула дриада.
— Ну это естественно… — прищелкнул Арагог. — Чего не хватало Древнему Египту?
— Земли, полагаю.
— Земли не хватало всем, и все решали эту проблему примерно одинаково.
— Думаете, атланты, покинувшие свои острова, ассимилировались?
Люциус с Нарциссой обменялись проникновенно-остекленелыми взглядами. И кто бы мог подумать, кем окажутся «двое интересующихся их библиотекой»! Хотя стоило отдать должное — в обморок никто из хозяев дома при появлении гостей из Запретного леса не упал, хотя и очень хотелось. И преображение дриады Нарцисса перенесла, хотя и скрипнула зубами, увидев расфокусированный взгляд мужа в ее сторону. Вот, значит, кто ему метку снимал? И ведь не рассказал ничего! С-с-с… нет, она даже додумывать не будет, пока гости не уйдут.
Но обсуждение философских вопросов с цитированием старинных записей в устах паука? Дриады? И Рубеуса Хагрида, лесничего?
— Кажется, наша жизнь определенно становится интересней, дорогой, но… когда они уже уйдут? — вполголоса обратилась к супругу Нарцисса. — Мне бы хотелось немного прийти в себя.
— О, это же Тимаген![7]В подлиннике… Потрясающе! Северусу бы понравилось, — дриада прижала к себе такую древнюю инкунабулу, что даже страшно, как бы та не рассыпалась. — Вы позволите восстановить и сделать копию, хотя бы временную?
— Вы можете восстановить? — не выдержал Люциус. — Но артефакторы…
Вместо ответа Осенина (леди Осенина, как она представилась нынче) лишь пошевелила длинными, нечеловечески гибкими пальчиками и многозначительно улыбнулась.
— Ах да, простите, леди Осенина, — стушевался Люциус. — Конечно же, я… мы будем благодарны.
По лицу его супруги благодарность не читалась даже с лупой, но Ниночке было все равно. Этих смешных людей так забавно дразнить! Она занялась книгой, плавно двигая руками.
— Милая, мы не можем предъявлять претензии, ты же понимаешь, — прошептал Люциус на ухо супруге, слегка побледнев от скрипа ее зубов. — Не сейчас.
— Понимаю, — таким же шепотом почти пропела та. — Но ты ответишь мне на пару вопросов…
Появление Снейпа стало общим облегчением — прежде всего потому, что полуодетая — или полураздетая, Нарцисса так и не определилась — дриада тут же повисла у него на шее и наградила весьма впечатляющим поцелуем. Заинтересованный взгляд супруга леди Малфой наконец не заметила.
* * *
— Между прочим, это родители моего крестника! — заявил Северус, вытаскивая из Малфой-мэнора развеселую компанию. — И их душевное здоровье прямо сказывается на ребенке!
— О, Северус… Тебе это точно понравится, — протянула ему свежую копию сочинений Тимагена Осенина.
— Благодарю покорно. Но имейте же совесть, в конце концов!
— Они такие забавные!
— Фасон твоей ночной рубашки, полагаю, неправильно оценили?
— Это платье!
— Расскажи это… вон, Арагогу.
— А я что? Я ничего, только кое-какими соображениями поделился, — обиделся паучище, начинающий обретать свой реальный размер — чуть выше Хагрида.
— Но ты-то, Рубеус! Мог бы проконтролировать!
