Хайда на Айонне полностью

Хайда на Айонне

Бонусный рассказ к книге «Агент тау-класса», однако может быть прочитан самостоятельно. Герои другие.

Мы с Ашенторном сидели под огромным прозрачным куполом из лёгкого термопластика на Айонне — крошечном спутнике Ларка. Капитан «Интергалактика» категорически не пожелал высаживаться на планете из-за своего статуса изгоя в родном клане, но отказать мне в посещении спутника не смог. Ещё бы! Я несколько лет назад вычитала, что на этой уникальной маленькой луне с повышенной силой гравитации водятся дракорши — предположительные потомки когда-то обитавших на Танорге дизавриусов, — и прожужжала ему все уши, как сильно хочу побывать на Айонне.

Когда я услышала, что могу своими глазами увидеть этих чешуйчатых ящеров, то моя душа учёного и любителя экзотических видов животных ликовала. Ашенторн хотел лишь шлюпкой послать несколько мешков семян полезных растений с Миттарии коренным ларкам Айонны, но из-за моих отчаянных просьб «Интергалактик» всё-таки сделал остановку на поверхности. И вот я любовалась полупрозрачным куполом, накрывающим овальную площадку размером с хороший спортивный парк, оттирала рукавом испарину со лба и тяжело дышала. На тот момент, когда я требовала у капитана высадки на Айонне, из моей памяти как-то выпал тот факт, что спутник почти целиком состоит из тяжёлых металлов, и притяжение здесь адское. Я лишь дошла до загона с дракоршами, а уже чувствовала себя так, будто тягала штангу с двойным весом. Мышцы ломило от непривычной нагрузки, лёгкие болели, стараясь втянуть как можно больше кислорода за раз, рубашка пропиталась потом, но ощущение радости переполнило, когда взору предстали они.

Дюжина гибких чешуйчатых ящеров, достигающих в холке почти три метра, перемещалась по периметру просторной площади, прижимали длинные извивающиеся шеи к земле, фыркала и выпускала огненные шары. Они все оказались разными, кто-то ярче и крупнее, кто-то мельче и темнее, но все без исключения невероятно красивые и… древние. Костяные гребни на голове переходили в отдельно стоящие шипы вдоль всего позвоночника, чешуйки литым золотом переливались в свете яркого солнца. Острыми когтями дракорши на раз выкапывали из твёрдой земли какие-то съедобные клубни, а длинные узкие морды вынюхивали траву. Всякий раз, когда жар от мощного столба огня опалял мои щёки, я чувствовала, как с восторгом замирает сердце.  

— Ох, какие они потрясающие! Ашенторн, ты видишь, как низко они пригибают головы? У них невероятный нюх, эти животные больше чем на метр в глубину земли могут чувствовать и различать запахи!

Капитан кивнул, но моего восторга не разделял. Он не выглядел раскрасневшимся или запыхавшимся от нагрузки как я, скорее нахмуренным и сосредоточенным. Ашенторн только что о чём-то долго разговаривал с местным вождём — мощным красноволосым ларком. Я с трудом удержалась от восклицания, когда впервые увидела коренных мужчин Айонны. Проживая на одном космическом корабле почти с двумя десятками ларков, я уже настолько привыкла к их великолепному телосложению, светлым гривам и внушительным разворотам плеч, что даже как-то и не подумала, что ларки могут отличаться между собой. Но айоннцы отличались и сильно.

Из-за повышенной гравитации и несколько иного состава атмосферного слоя все индивиды оказались ещё крупнее, чем уже знакомые мне мужчины и, честно говоря, вызывали внутреннюю дрожь. Ноги местных мужчин походили на гигантские брёвна, руки в обхвате были толще, чем мои ляжки, а рост… Даже высоченному Дъоши приходилось слегка закидывать голову наверх, чтобы общаться с ними. Багряно-рыжие волосы и мерцающая кожа оказались ещё одной особенностью местного населения. Несколько секунд я стояла, разинув рот и впервые в жизни чувствуя себя не столько «Ванькой-дылдой», сколько «Ванессой-крошкой». Однако я почти сразу же дала себе мысленного пинка и широко улыбнулась, прикладывая кулак к груди. Это приветствие осталось со мной с того дня, когда впервые поздоровалась с членами экипажа «Интергалактика». «Кулак — это камень, символ силы, а сердце — орган, который качает кровь по всему организму, закаляя его, делая мощнее. Так благодарят или прощаются лишь воины», — всплыло в голове.

 Красные гиганты, — так я называла ларков-айоннцев про себя, — удивлённо переглянулись между собой, но, поняв, что я действительно с ними таким образом поздоровалась, заулыбались и тут же ответили мне в соответствии с традициями.

— Вижу, — отозвался Ашенторн совершенно бесцветным голосом, кидая мимолётный взгляд на дракоршей.