– Иди, не бойся. Он тебя не тронет. Хотел бы, уже навредил бы.
Я отодвинула свою тарелку, поднялась на ноги. Мужчина отошёл в сторону, выпуская меня наружу.
– Куда идти? – спросила я, а мужчина сделал мне знак рукой и пошёл первым.
Шейх Амир сидел в кабинете Асада. Я вспомнила, как мы с Асадом занимались любовью на этом столе, горло сжало тисками. Неужели этого больше не случится? Всё закончится вот так?
– Здравствуй, Аня, – обратился ко мне шейх Амир, кивнул на стул напротив. – Присядь. Поговорим.
Я опустилась на стул, придерживая уже заметный живот и Амир это увидел.
– О чём ты хочешь говорить со мной? – мой голос звучал ровно и спокойно, лишь мандраж в конечностях показывал насколько мне страшно. Зачем он меня позвал? Может нашёлся Асад? Или с ним что-то случилось…
По телу прошёл неприятный разряд.
– Я хотел поговорить о тебе. О том, что ждёт тебя в будущем. Тебе ещё интересно? – его голос тихий и бархатный, обезоруживает и меня начинает клонить в сон. Очень невовремя, но я ничего не могу с собой поделать.
– Я не очень хорошо себя чувствую. Говори, зачем позвал, – отвечаю ему, и шейх кивает.
– Я не заберу у тебя много времени. Просто хотел сделать тебе предложение. Деловое предложение.
– Что? Какое ещё предложение? – с одной стороны стало легче. Асада он не нашёл. Иначе не говорил бы со мной. Но в таком случае что ему нужно?
– Предложение выйти за меня замуж. Разумеется, уже после того, как найдут тело твоего нынешнего мужа Асада.
По моим венам заструилась горячая лава и я вскочила со стула.
– Он жив! Ясно тебе, шейх? Мой муж жив! И он вернётся за тем, что принадлежит ему. А принадлежит ему здесь всё и все.
Амир не шелохнулся. Лишь следил за моими передвижениями глазами.
– Сядь, Аня. Мы не договорили. Имей терпение и прояви ко мне уважение. Я ведь проявляю его к тебе.
Я опустилась обратно на стул, сильно прикусила щеку изнутри. Снова веду себя, как какая-то истеричка. Я должна быть сильной и непоколебимой, как бабушка Фатима. Она учила меня этому. Женщина должна быть мудрой.
– Хорошо, – я выдохнула, быстро вытерла так невовремя набежавшие слёзы. – Я слушаю тебя.
– Рано или поздно Асада найдут. Он не мог выжить раненный в пустыне, куда скрылся из моего лагеря. Он давно уже стал пищей для шакалов. Его тело могут и не найти, но мы подождём, как полагается. Потом я объявлю себя халифом и стану главой халифата. Я знаю, что ты носишь в себе наследника Асада. И я не могу позволить ему родиться. Если только ты не выйдешь за меня замуж. Тогда твой ребёнок станет моим наследником. Разумеется, если у меня будет мой родной сын, халифом станет он. Но твой по крайней мере останется живым.
– Зачем тебе это? – спросила я, еле держа спину, что так и норовила согнуться пополам. – Почему ты просто не убьёшь меня?
– Скажем так, я не мараю свои руки кровью ни в чём неповинных женщин.
– Это просто отговорка. Зачем я тебе да ещё и с чужим ребёнком?
– Ну что ж, раз ты такая догадливая… Когда-то халиф Асад отобрал у меня всё, что я имел. И тогда я поклялся, что заберу всё, что имеет он. Я придерживаюсь своего обещания. Убивать тебя я не собираюсь. Ты просто станешь одной из моих жен. Разумеется, если ты выберешь жизнь. Потому что угроза в виде наследника Асада мне не нужна.
– Ты говорил о предложении, – проглотила комок в горле, подняла на него взгляд. – Но это не предложение. Это ультиматум. Ты не оставляешь мне выбора.
– Разве Асад был другим? – шейх Амир усмехнулся. – Я ведь знаю, что ты попала к нему, как невольница. Он тебя заставил? Сломал? Или ты выбрала стать его женой?
Я проглотила свою длинную речь о том, что никогда не предам Асада, опустив глаза, вздохнула.
– Я могу подумать?
– Разумеется. У тебя есть время.
Я встала на негнущиеся ноги, поковыляла к двери, как побитая собака. Нет, я хуже собаки. Собаки не предают своих хозяев. А я… Я уже знала, что меня ждёт.
– О чём вы говорили? – спросила меня Фатима, когда я вошла в комнату и дверь за мной захлопнулась. В её взгляде я уловила волнение и даже страх.
– Он предложил мне стать его женой.
Фатима села на кровать, задумалась.
– Ну, конечно. Он жаждет опозорить моего внука даже после его гибели… Что может быть отвратительней?
– Я хочу, чтобы вы знали. Я против. Но он сказал, что у меня нет другого выхода. Мой малыш… Он для него серьёзная угроза.
– Так и есть, – кивнула Фатима, глядя на мой живот. – Аборт делать поздно, а убивать женщину с ребёнком под сердцем – недостойно мужчины. Даже такого подлого, как шейх Амир. Вот он и решил забрать тебя себе. Ох, только бы мой внук выжил и вернулся…
– Вы в это верите? – спросила я её, на что Фатима метнула в меня гневный взгляд.
– Разумеется я верю. И тебе не мешало бы. Или ты уже согласилась стать женой шейха Амира?
– Нет… Я не согласилась. Он дал мне время подумать.
– Время – это хорошо, – задумчиво протянула она.
Дверь неожиданно открылась, на пороге появилась та самая служанка. Она склонила голову перед Фатимой.
