Ничего не понимая, девушка сначала оглянулась в надежде, что все это ужасная ошибка, но как только ее голова вернулась в исходное положение, девушка чуть не потеряла сознание. Из-за спешки она даже не заметила, что в ее руке до сих пор была пробирка с биоматериалом.
— Ты притащила в стерильную лабораторию инфицированный образец!
— Я… Это случайно. Да и он не инфицирован. Это материал пациента до момента заражения, — залепетала она.
Но никто уже не слушал. Снова поднялась паника, и ее, грубо дернув, затолкали в ближайший изолятор…
***
Роковая пробирка одиноко лежала в самом отдаленном углу комнаты. Линда не подозревала, какой сейчас час, но чувствовала, что с момента инцидента прошло много времени. Удивительно, что столь ценный образец, который совершенно точно должен храниться при жестко-контролируемых температурных и солнечных условиях, до сих пор никто не забрал. Сначала она отвергала эту мысль, но когда других вариантов не осталось, она перестала убегать от осознания — все здание эвакуировали… Скорее всего, остались только она и профессор Томпсон… «Интересно, как он? Узнает ли она теперь его при следующей встрече? Ну это, конечно, при условии, что эта встреча состоится…», — девушка устало положила голову на руки и защитные очки больно впились в переносицу. Боль навязчивым эхом расходилась по телу, пока терпение не лопнуло. Какой смысл во всей этой амуниции, если ее оставили на ужасную смерть?! Девушка стала неистово срывать с себя все: маску, очки, защитный комбинезон, обувь… Оставшись в тонкой майке и нижнем белье, по коже побежали мурашки. Остановившись и переведя дыхание, она вернула джинсы и свитшот, который носила обычно под защитным комбинезоном. Линда закрыла глаза, пытаясь придумать хоть какой-то выход, при котором она бы осталась жива, ее взгляд снова и снова возвращался к одиноко прислоненной к стенке мензурке. «Какого черта?! Если она и так умрет или будет вынуждена прожить жизнь в чужом теле, то, по крайней мере, напоследок она сделает то, что умеет». Девушка взяла в руки кресло и изо всех сил ударила по стеклянным дверям. Кроме грохота и сногсшибательной ответной волны– ничего не произошло. Она на мгновение потеряла равновесие и больно упала на пол. Поднявшись, девушка повторила удар еще раз, снова. Стекло оказалось бронированным и совсем не поддавалось ее актам вандализма, однако через десять минут непрекращающихся попыток с одной стороны на завесе что-то звонко отскочило. Этот звук показался музыкой для ее слуха и души. Прицелившись, девушка на этот раз просто-таки бросила туда многострадальный, уже погнутый со всех сторон, стул. Как награда, верхний завес отпал и дверь заметно отклонилась сверху. Большего она и не ждала. Надев назад латексные перчатки и маску, чтобы собственные выделения из дыхательных путей и кожи не повлияли на образец, девушка схватила изучаемый материал и принялась пролазить сквозь маленькое отверстие сверху. На высвобождение ушло около двадцати минут и немного кожи с левого бедра. «Пустое», — махнула рукой Линда. Какая разница, если вероятнее всего ее тело скоро уже изменится или и того хуже? … Девушка двигалась быстро, совершенно не заботясь о конспирации. То, что она там одна, не вызывало почему-то у нее никаких сомнений. Поэтому, вернувшись в их лабораторию, она громко вскрикнула от неожиданности. Темноволосый юноша сидел на высоком кресле, глядя в микроскоп, и от ее крика резко вздрогнул.
— Что происходит? Кто… Линда? — удивленно узнал он. Только услышав его голос, девушка идентифицировала юношу. Она начала работать у них уже после начала эпидемии, а следовательно, до сих пор не видела его без всей амуниции.
— Уильям? Почему ты без средств защиты? Где доктор Томпсон? — осмотрительно спросила она.
-Ушел в комнату на верху. Там есть кровать, а она ему понадобится в ближайшие дни… А на счет защитного костюма… — он красноречиво посмотрел на неё. — Нам обоим конец. Или начало. Это сложное и запутанное утверждение. С другой стороны, мы — это до сих пор мы, — сумбурно проговорил юноша.
— А другие? — робко спросила она, до конца не понимая, желает ли услышать ответ.
— Их эвакуировали. Наш исследовательский центр теперь на карантине. По меньшей мере, несколько недель…
— А ты? — почему-то вырвалось у девушки, хотя, конечно, она догадалась, что Уильяму, который ассистировал профессору, уехать никто не позволил бы. Он был ближе всего к образцу… «Образец!», — вспомнила она и быстро вытянула руку с пробиркой.
— Через несколько часов материал станет непригодным для изучения, поэтому стоит поторопиться, — зачем-то объяснила она.
Уильям указал ей на место рядом с собой, и они приступили к работе.
***
