Он долго не мог решиться на этот шаг. И вот первая кровь на его руках и смерть – он сумел это сделать. Но главная цель не достигнута, и тогда очередная жертва, затем ещё, и ещё. И вдруг – прокол, неожиданный и роковой.Майор Аранский в небольшой растерянности: многое не складывается, не вяжется, иногда опускаются руки, расследование движется медленно, да и не так, как хотелось бы. Но сдаваться нельзя, не в их это с Кордыбакой правилах. Шаг за шагом, и только вперёд.Все персонажи и события в романе вымышленные.
Книга 1. «ТТ» (криминальная повесть)
Книга 2. «Мистер Кольт» (криминальный роман)
Книга 3. «Хаммер» (криминальный роман)
Виктор Семенович Воробей припарковал свою «ауди А4» у тротуара, сразу за которым раскидывала свои незамысловатые объятия автостоянка.
Небольшая площадка, очевидно, созданная на скорую руку и обнесенная по периметру забором из металлической сетки, явно бэушной, судя по рыжим потекам былых сезонных ненастий и дырам, наскоро и неаккуратно залатанных случайной проволокой, а то и кусками веревки, была засыпана равномерно, по всей площади, мелким гранулированным шлаком красноватого оттенка, легко, но и отчасти приятно похрустывающим под колесами автомобилей.
Безликое неоштукатуренное серое строение, сложенное из шлакоблоков, под названием «Парктоп», а попросту сторожка, угрюмо возвышалось над автомобилями, направив вниз с крыши два зорких глаза-прожектора, а ярко раскрашенный и задранный к небу шлагбаум на въезде, словно полосатый жезл слегка подгулявшего после службы альтруиста гаишника, приветливо указывал на то, что свободные места на стоянке еще были.
Невысокие кусты желтой сирени, разросшиеся вдоль забора, местами вплетались в металлическую сетку и являлись остатками когда-то буйно здесь процветавшей плантации дикого кустарника. Их мелкие желтые цветочки, распустившиеся пару дней назад, испускали тонкий, клейкий аромат, распространявшийся легкой сизой дымкой в свете уличных фонарей на десятки метров, перебивая запах автомобильного угарного газа и незаметно кружа головы прохожим.
Было восемь часов вечера, и уже окончательно стемнело. Виктор Семенович Воробей по прозвищу Птица прикурил очередную сигарету, глубоко и с удовольствием затянулся. Курить он начал лет пятнадцать назад, и тогда для него это было чем-то вроде вехи в очередном этапе мужского становления, с тех пор курил постоянно и много. Никаких отрицательных ощущений или пагубного влияния на свой организм от курения он не замечал, а потому одной пачки сигарет на день ему обычно не хватало.
Выйдя из машины, Виктор Семенович, близоруко прищурившись, посмотрел на очередную въезжавшую под шлагбаум иномарку.
Дефект зрения, врожденный и небольшой, иногда создавал для него незначительный дискомфорт, однако постоянно очков он не носил, хотя имел их, хранил в перчаточном ящике автомобиля и пользовался только иногда, при движении в ночное время по загородным автодорогам.
В свои тридцать четыре с хвостиком года Воробей выглядел лет на несколько старше. Был высокого роста и имел тучную фигуру, что, однако, не мешало ему вести активный образ жизни и достичь определенного положения как в обществе, так и на службе. Два последних года он занимал должность заместителя генерального директора в торгово-закупочной компании «ТехноСтар».
Он ждал Гринева Александра Викторовича.
Целый день сегодня Воробей был сам не свой. После обеда он якобы уехал в один из магазинов, принадлежавших компании, а на самом деле просто сел в машину и отправился куда колеса приведут, немного развеяться да подумать.
До Куреневки поехал по Луговой. Попетляв немного, выскочил на Сырецкую. Проскочил жилмассив, слева замелькали сосны небольшого леска, метров через пятьсот, за автозаправкой без названия, резко ушел влево и оказался у главных ворот полузаброшенного завода строительных конструкций, на большой асфальтированной площадке. Раньше это было местом заводской парковки автомобилей, а рядом – остатки автобусной остановки, былое существование которой теперь напоминала только ржавая конструкция ее металлического остова. Здесь он притормозил, остановился, заглушил мотор. Почти сразу за остановкой к бетонному заводскому забору был прикреплен длинный металлический щит, на котором, очевидно, когда-то висели портреты передовиков производства.
Виктор Семенович закурил сигарету и вышел из машины. Было свежо, солнце иногда осторожно и нерешительно высовывалось из-за тучек, но тут же, тушуясь и робея, скрывалось обратно за серой пеленой облачности, так и не решаясь наконец окончательно растопить уже не на шутку затянувшееся весеннее ненастье.
