Но и его не нужно бояться больше, чем следует. Пока ничего страшного. Надо вернуться в прежнее состояние. И прежде всего проверить - не пустил ли младший брат Умара-палвана за ним своих молодцов... Ага, вот они, топают сзади два юных детектива под видом любителей-краеведов, делая вид, что разглядывают красоты старинной архитектуры.
Ну, от этих ротозеев, от этих-то сопляков он, Алчинбек Назири, с его опытом подпольной работы ещё во времена мухтариата на стороне большевиков, уйдёт очень просто. Два-три проходных двора, один подвал, развалины, древние руины, и эти большевистские сыщики-пионеры останутся с носом.
А если они побегут ждать его около квартиры, то напрасно потеряют время. Он ночевать сегодня не придёт. Есть, есть ещё у Алчинбека Назири в Самарканде места, где он может провести время в свое удовольствие.
Но сначала разделаться с Карой. Ибо главная опасность исходит сейчас именно от этого неразборчивого мясника.
- Ну как? - спросил Рустам Пулатов.
- Сначала он бежал несколько кварталов как сумасшедший, потом пошёл тише, а потом исчез...
- Упустили?
- Упустили, товарищ Пулатов.
- Объявляю вам обоим для первого раза устный выговор. Организуйте наблюдение за его квартирой. И как только он появится, дайте мне знать немедленно. Любым способом.
Кара-Каплан спал в конюшне, которую арендовал для лошади и пролётки. Собственно говоря, никакого другого дома у него не было.
Каре снился сон. Они с Эргашем - оба ханы Коканда.
Равноправные. И всё у них пополам - гарем, драгоценности, слуги. Но потом Эргаш, как это всегда бывало, стал забирать себе две трети. Кара этого не стерпел. Он организовал свой мухтариат и повёл против Эргаша подпольную борьбу. В результате Эргаш отрёкся от ханства. Кара нанял его швейцаром к себе в конюшню.
Вот Кара подъезжает в пролётке к своей конюшне. Эргаш любезно открывает лошади ворота... А потом лошадь куда-то пропала. И Кара стал запрягать в пролётку самого Эргаша. Тот всё время кусался. Кара регулярно давал ему кнута. А однажды огрел оглоблей по лбу. Эргаш присмирел... Вот как-то едут они по Самарканду. Эргаш стучит подковами, грызёт удила. Навстречу плетутся Садыкджан-байвачча и Алчинбек. Просят подвезти.
Эргаш отказывается.
"Не повезу Садыкджана, - говорит Эргаш, - он эксплуататор трудовых лошадей, лучше я его зарежу".
"Отправьте его в эмиграцию, - говорит Садыкджан, - пусть тоскует по родине".
"Лошадей не пускают, - говорит Алчинбек, - у них нет валюты".
...Кара-Каплан проснулся. Рядом жевала овёс лошадь. Кара отодвинул от себя её глупую морду, перевернулся на другой бок и снова заснул.
И снова ему приснился сон.
...Он курбаши большого отряда басмачей. Они победили всех красных. Остаётся взять только Самарканд. Но столицу защищают Ахунбабаев и Хамза. Нужно применить военную хитрость.
Кара надевает на каждого басмача паранджу. Ходят все в паранджах. Ни попить, ни поесть, ни покурить чилим. Наконец Ахунбабаев и Хамза захвачены. "Плетей им обоим без счёта", - приказывает Кара. "Ну, ты, чучело! - говорит вдруг ему Хамза. - Кто тебя здесь боится?.. Ты же убийца. Зачем убил Ташпулата? Он тебе каждую ночь будет сниться. И Рустам Пулатов будет сниться. А пока получи плетей сам". Хамза берет кнут, которым Кара погоняет свою глупую лошадь, размахивается и бьёт изо всех сил его, Кара-Каплана, по спине. Р-раз!
...Что такое? Снится или... Р-раз!
- А-а-а! - с криком вскочил Кара-Каплан, ощутив сильный ожог на спине.
Перед ним с перекошенным злобой лицом стоял Алчинбек.
В правой руке у него был кнут, которым он успел уже два раза хлестануть своего верного возницу. В левой - наган.
- Что?.. Что такое? - забормотал со сна Кара-Каплан.
- Ты что наделал, сволочь?! - зашипел Алчинбек. - Ты где убил этого дурака? Меня вызывал сегодня Рустам Пулатов, за мной слежка... Ты понимаешь, грязная скотина, что провалил перед чекистами меня и нашу организацию?
И он медленно начал поднимать наган.
- Н-не надо... не надо, - загородился ладонями Кара-Каплан, - не делайте этого...
Он как будто не совсем ещё проснулся.
Вдруг он выпрямился во весь рост и сказал скучным и даже равнодушным голосом:
- Какой вам толк убивать меня?
- Ты почему убил его в Доме дехканина?! - завизжал Алчинбек, целясь гражданину Капланбекову прямо в голову.
- Я же всё сделал как надо, - опустил руки Кара-Каплан, - подбросил две бутылки из-под водки...
Похоже было, что ему всё равно, застрелят его сейчас или нет.
- А вскрытие?.. Ты подумал об этом?.. Он же был трезвым!
- Свалился с балкона, ударился головой о камни, - тупо бубнил Кара-Каплан. - Там же были камни, на дне оврага.
- А медицинская экспертиза? Разве ты не знаешь, что врачи теперь могут определить, как умер человек - сам или его убили?
Кара молчал. Его безразличие к собственной смерти постепенно остудило Алчинбека. И кроме того, он понял, что Кара-Каплан не только никогда не слышал такого слова - "экспертиза", но даже никогда и не задумывался о том, что отправленным им когда-либо на тот свет человеком могут заинтересоваться какие-нибудь врачи.
