— Долгая это история. — Алексей покосился на слушателя. — Хотя, может статься, у нас больше и случая не выпадет поговорить так. — Скажу коротко — когда меня отправили “на холод” уже что-то такое в воздухе витало. Контора стала больше похожа на дырявое ведро. Все эти демократические ветры и прочее, поэтому решили свести до минимума риск провала. Секретили на самом высоком уровне. И подготовку операции внедрения, и легенду. Да и самого меня для надежности. Это и сыграло свою роль. С одной стороны, после того, как все посыпалось, шеф смог без проблем удалить все упоминания об агенте с позывным Хантер из планов агентурных разработок, из сводок и обзоров, и тем самым спас от расшифровки, а с другой — когда все начало понемногу восстанавливаться — никто даже и не знал, что такой агент есть. А поскольку я только-только освоился, и начал активную работу по вербовке, то доложить в центр успел всего об одном кандидате.
Алексей усмехнулся, — а мне, как ни странно, везло. Масть, что называется пошла. Три источника я сработал, что называется на кураже, влегкую, а потом, когда понял, что связь исчезла, и восстанавливать контакты никто не спешит, решил — ну а чего добру пропадать? Ребята молодые были, талантливые. Один в фирме Эппл работал, второй тоже не арбузами торговал. А самый первый… ну про него я лучше и вовсе промолчу, он мне больше всех помог.
Я бизнес почти с нуля начал. Потом запатентовал несколько новых идей, которыми мои контакты поделились. Первый контракт, второй, третий. А дальше как с горки. За двадцать лет, конечно всякое было. И под банкротство едва не попал. Спасибо добрым людям, выручили. Потом выправился, на биржу вышел. А на бирже главное не вовремя правильное решение принять. Инсайд только в последнее время гнобить начали. А пока возможность была — вволю попользовался. Благо, что мои информаторы со временем по карьерной лестнице довольно высоко забрались.
— Вот пожалуй и вся история. — Оборвал он себя. — Что-тоя разболтался. Это, наверное сегодняшний день такой.
— Да ты ничего особо секретного и не выдал. — Успокоил Григорий. — Без конкретных имен, дат, документов, это все просто занимательная история. Так, что не волнуйся.
— Ответной откровенности не прошу. — Отозвался Алексей. — Мне своих тайн хватает. Ты лучше скажи — есть у тебя в нашей фирме человечек доверенный? Так сказать — агент влияния. И заметь тоже имен не спрашиваю. Просто да, или нет.
— Ну а ты как думаешь? — Рассмеялся особист. — Работа у меня такая. Руку на пульсе держать, и… — он смущенно замолчал, и закончил уже с другой интонацией. — Правда с твоей секретаршей я облажался.
— Как? — не понял Алексей, — что сделал?
— Прости, забываю, что ты современный жаргон еще не вполне освоил. — Опростоволосился, говоря иначе. — Поправился Григорий.
— Руки не дошли, — продолжил он, — и кроме того, не хотел нечаянно в твои секреты залезть. — Мне отчего-то показалось, что у вас с ней что-то такое…
Он покрутил пальцами. — Но только потом понял, — ты, по своей американской привычке лицемерить со всеми так обращаешься. А потом уже и поздно было.
— Кстати, по поводу отношений, — вспомнил вдруг Алексей. — Мне, и правда не хочется, чтобы на фирме начались пересуды. Признаюсь, хочу помочь девочке. После смерти отца ей это просто необходимо. Назначить на должность штатного консультанта, а в перспективе, если она и вправду так хороша, как мне показалось, создать для нее отдельную структуру внутри компании. А это, как ты понимаешь, вызовет много разговоров. Начнутся интриги. Она возможно хороший психолог, но в тонкостях корпоративных отношений не разбирается совершенно. И ее запросто могут сожрать. Подставить, или просто затравить. Не могу-же я постоянно опекать простого клерка.
— И как же быть? — с интересом глянул Григорий на шефа.
Он уже успел понять, что простоватый с виду бизнесмен не озвучивает проблему, если не знает, хотя-бы приблизительно способ ее решить.
— А пусть твой агент, или агенты, о которых ты напрямую так и не признался, вбросят в массы наших офисных работников неподтвержденную, но вполне достоверную информацию, что Светлана на самом деле моя дочь. Как это по-русски — не официальная?
— Незаконнорожденная. — Автоматически поправил Григорий. — Это не проблема. Могу устроить в два счета. И главное — концов, откуда появилась эта сплетня не отыщется. Только вот как к ней отнесется сама героиня?
— Да никак. — Отмахнулся Алексей. — Как правило такая информация доходит до объекта сплетни в самую последнюю очередь. — И если с тайной пассией шефа наши дамы будут на ножах чисто из зависти, то тут им придется прикусить языки.
— Пожалуй, это может сработать. — Согласился Григорий. Помялся, но все-же уточнил, — а она точно — не дочь?
— Увы, нет. — Со вздохом ответил Алексей, — моя дочь погибла пятнадцать лет назад. Вместе с ее матерью.
— Простите. — Даже перешел на вы Григорий, — я не хотел…
— Ничего. Я сам узнал об этом только когда вернулся в Россию. — Успокоил Алексей.