— Извини, друг, — он покачал головой. — Я тебя недостаточно знаю, чтобы такой товар предложить. Ты сейчас подорвешь кого-нибудь, потом тебя возьмут, спросят, где взял. А спрашивать умеют, так что расскажешь. И я могу под горячую руку попасться.
Мне захотелось схватить его за голову и приложить о кузов тачки. Но нет, нужно было держаться, не совершать необдуманных действий. Я теперь уличный, обо мне будут говорить. А репутацию лучше поддерживать жестокого, но правильного парня.
Он, конечно, торгует оружием, что незаконно. Но ведь не пушки убивают людей, их убивают люди, верно? Даже обычным кухонным ножом можно вскрыть кому-нибудь глотку, но не обвинять ведь в этом железяку.
— Хоть светошумовые дай, — сказал я. Хоть что-то, но было нужно. — Хлопушки же. Вреда не будет.
— Две дам, — согласился он после короткого раздумья.
— И нужно еще что-то, чтобы тачку вскрыть можно было без шума.
— Этого добра навалом, — кивнул он. — Только вскрыть Лады можно будет и некоторое Москвичи. У остальных электроника посерьезнее.
— Пойдет, — кивнул я.
— Двадцать пять за все.
Дорого. Очень дорого. Зарплата менеджера среднего звена за месяц. Но делать нечего, придется платить. Раз уж решил ступить на этот путь, то отказываться от него нельзя.
В Новой Москве нельзя было разглядеть линию горизонта ниоткуда, кроме как из окраинных коттеджных поселков для корпоратов. Да и там не всегда, потому что нередко они предпочитали огораживать территорию своих домов высокими заборами. Почему-то богатые всегда стремятся отгородиться от бедняков. Или, может быть, наоборот, они почему-то не хотят видеть бедность?
В Квартале ситуация еще интересная. Тут буквально сложно увидеть небо, для этого приходится задирать голову вверх, смотреть практически вертикально. И район не такой уж большой, если подумать. Ну сколько тут мегабашен? Около шестидесяти, не больше. Зато рассчитан он был на полтора миллиона человек, эвакуированных из Старой Москвы, и завезенных из других частей нашей великой Родины.
Я остановил машину, после чего взял с пассажирского сиденья Калашников. Сложил его, прижал к груди и прикрыл полой бушлата. Видно все равно, да и подсумки можно разглядеть, но по крайней мере, не так явно буду демонстрировать оружие. Нет, с одной стороны, здесь полиции нет, но с другой… Это ведь все равно многих напряжет. Да и отобрать могут попытаться.
Я двинулся вверх по лестнице крыльца к одному из многочисленных холлов. В здании огромное количество лифтов, так что на нужный этаж можно попасть буквально из любого.
Удивительно, но на этой лестнице никого не было. На ней оказался разбросан мусор: пустые бутылки, пластик, остатки коробок. Я отчетливо различил несколько ингаляторов, и подозреваю, что они были далеко не от астмы.
Оказавшись наверху, я прошел через арку, ведущую в холл. Вот тут уже люди были: возле лифта стояло несколько парней. На них были татуировки, но я понятия не имел, обозначали ли они принадлежность к какой-нибудь банде, или нет. Впрочем, мне без разницы, если рыпнутся, то лягут, и никакие дружки не помогут.
Но нет, они только проводили меня злобными взглядами. Похоже, им не нравилось, что кто-то явился на их территорию. Но лезть на меня они поссыкивали, возможно потому, что у них не было огнестрела. Ну, либо я его не увидел.
Я нажал на кнопку вызова и через полминуты лифт спустился. Вошел в кабину, нашел на залепленном жвачкой, а местами сожженном зажигалкой ряду кнопок нужную, надавил на нее. Доехал до места, можно сказать, без приключений. Ну что ж, а теперь пора готовиться.
Вытащив пистолет, я переложил его в левую руку, благо пользоваться обеими меня научили. Дослал патрон, после чего спрятал за спину. Пусть так пока будет, обычно люди не ожидают ствола в левой руке. Калашников закинул за спину, бушлат застегнул. Ремень видно, да и топорщится, но сразу не поймут. А потом уже не доживут.
Скоро лифт остановился, и двери открылись. На площадке оказались двое парней, и они однозначно принадлежали к этой банде. И самим фактом этого уже подписали себе смертный приговор. Я собирался вырезать всех, до кого дотянусь, а потом убить и главаря. А дальше будь, что будет.
— Привет, парни, — сказал я, выходя из лифта.
На меня тут же оказались направлены два ствола. Эти были вооружены автоматами, причем, судя по магазинам, калибра семь — шестьдесят два. Тут подкожная броня уже не поможет, так что действовать придется осторожно.
Но тут в целом нужно работать аккуратно, иначе никак.
— Ты кто такой? — спросил один из них визгливым голосом. — Чего надо.
— А вы «Защитники», да? — спросил я.
— Ну, типа, — сказал второй. — А тебе чего надо?
— Да ничего, — ответил я. — Я к Котлу по делу. От «Кровавых». Вас не предупредили что ли?
— Нет, — он покачал головой.
— Ну позвони ему, спроси, — сказал я, шагнул вперед и протянул руку. — Должны были сказать, что Хантер подъедет. А вас, кстати, как?
