Моё оружие было за демоном, он всё же сумел, превозмогая боль и пламя вытащить его, но воспользоваться им не смог и в безмерном отвращении отбросил святое оружие. И в тот миг, когда демон уже почти добрался до меня, хотя я у старательно оттягивал этот момент, всё измени-лось. Сильный невидимый удар отбросил тварь назад - в бой вступил ученик инквизитора.
- Я отвлеку его на себя, а ты доберись до своего оружия и постарайся воспользоваться им по назначению, - слова Влада вернули меня к реальности и я со всей ответственностью отнёсся к просьбе. Следующие минуты боя показались мне часами, демон проявил себя в полную силу. И если до этого он, как оказалось, больше развлекался, чем сражался, то сейчас начал биться в пол-ную силу. Хитрая тварь мгновенно осознала, чем грозит ей моё священное оружие и со всей яро-стью устремилось ко мне. В тот же миг на неё обрушились десятки летающих осколков, направляе-мые псайкером на демона. Ни один из них так и не сбил его с ног, хотя почти все они были больше его самого. Глыбы и заострённые сегменты конструкций не могли причинить твари вреда, но здо-рово замедляли её. Я со всей силы ринулся к булаве.
Едва я коснулся её, как почувствовал, словно сам Император стоит и наблюдает за мной. От этой мысли во мне ярко вспыхнул огонь Веры, я со всем рвением бросился на демона, который практически подобрался к досаждавшему ему ученику инквизитора. Влад сосредоточенно бом-бардировал потустороннюю тварь, посылая плазменные шары один за другим, но не отступал, ни на шаг, защищая раненных бойцов, тела которых находились немного позади его.
Проклиная мерзкое отродье, молниеносно достиг демона и... едва не потерял оружие, принимая на него чудовищный удар твари. Монстр взревел, но отбивать не прекращал, даже больше: мне приходилось прикладывать все усилия, чтобы не пропустить смертельный удар твари. То был один из самых тяжёлых боёв, какие мне доводилось испытывать. Демон невероятно быст-ро восстанавливался. В тот день нам обоим, мне и Владу, удалось совершить подвиг и повергнуть тварь. Видя, что я всё ещё не справляюсь с демоном, ученик инквизитора в рукопашную ринулся на демона. Сначала я решил, что это его акт самопожертвования (поверьте, более бездарной атаки я ещё не видывал, даже орки и то лучше сражаются), так как тело твари закрыло его от меня, а когда тварь взвыла и отвлеклась, так же ринулся в яростную безудержную атаку.
Три, семь, больше десяти ударов, а монстр всё ещё на ногах и сопротивляется! К счастью, Влад так же не даёт твари сосредоточить всё внимание на мне. Дымящиеся обугленные вмятины по всему телу твари - моя работа, а горящая шкура - работа Влада. Тварь даже с обрубленными ногами продолжает биться, но медленно и верно уменьшается в размерах: горящая плоть слезает лохмотьями с демона, особенно много в местах моих ударов. Вознося молитвы (список находится в конце сего тракта), у усиливаю частоту и силу удара, хотя и не на много, так как бьюсь уже на пре-деле: кажется, что рвутся мышцы при каждом замахе.
Наконец, тварь прекращает своё сопротивление и сдыхает, разлагаясь в отвратительную массу, которую поглощает священное пламя. Воистину сладка победа над врагами Его, но и горьки те минуты, когда случаются смерти братьев по вере! Храбрые и закалённые бойцы, проверенные не в одной битве, верные Императору - живыми они являют собой не только воплощение славы и мощи Империума, но и приносят ощутимую пользу. К сожалению, по смерти лишь единицы оста-ются в веках, увековечиваясь в священных мавзолеях, а их имена знают даже дети.
- Чего встал?! Помоги раненым: вызови лекарей или кого-то, кто им поможет подняться на ноги! - резкие, но верные слова вновь напомнили мне о долге перед живыми. - У меня связи нет.
- Жаль, что не послушали меня... - тихо обронил псайкер, обходя разорванное пополам те-ло одного из братьев. - Таких потерь могло бы и не быть. Подумать только, а я уже начал почитать этих бойцов, а как были есть и будут во все времена безбашенными вояками без царя в голове.
Нелестная оценка космодесантников слегка задела меня, но я слышал и не такое. Наверня-ка этот человек винил себя за смерти этих бойцов и потому искал виноватого в окружении, как ча-сто бывает. Среди моих сестёр битвы есть несколько таких бойцов, что очень ответственно отно-сятся к своим обязанностям, не прощая себе ошибок.
Глава восьмая.
Когда я смог побороть себя и трезво взглянуть на поле битвы, но дееспособными оставался лишь я и экклезиарх. Последний меня несколько удивил: его я не ожидал увидеть среди выжив-ших. До него почти добрался демон. Это многорукое и многоликое убожество, тем не менее, вну-шало если не страх, то опасение. Мой силовой удар прошёл для него практически не заметно, зато я заметил обугленную область, словно от удара булавой - это был выход! Взять в руки ту раска-лённую рукоятку я не решусь - пусть экклезиарх сражается своим оружием, а я буду долбить тем, что есть.
