Её некогда прекрасное лицо теперь покрывал жуткий ожог. Неужели она тоже за меня вписалась? Или просто под раздачу случайно попала? Золотые Щиты не особо сдерживались, когда использовали свою магию. А она же тоже демонолог.
Я попытался ответить, но вдруг понял мои лёгкие переполнились кровью. Сразу же начал доставать новые инструменты и целитель. Да, у него были инструменты, при чём такие… забавные. С одной стороны, вон скальпель напоминал скальпели и из моего родного мира, но некоторые игрушки прямо вычурные такие, спирали с бегающими по ним огнями, сияющие руны… пила… пила была обычной и маленькой. Мне вскрывали грудную клетку. А нормально, что я в сознании?
— Моргни два раза если слышишь, — продолжила говорить Телария.
Я моргнул два раза.
— Отлично. Тебе нужно заключить новый контракт, пока не поздно. Целитель окажет первую помощь, стабилизирует твоё состояние. Затем я перенесу тебя в более закрытое помещение, подвальное, где уже собрали рабов для проведения обряда.
Я попытался снова что-то сказать, но толку немного. Спасать меня ценой жизни рабов? С одной стороны любой на моём месте согласился бы, с другой многие заявили бы об эффективности такого обмена, ну а я видимо ещё не слишком привык к Эдему. Сколько рабов будет убито ради этого? Наверное много.
— Не сопротивляйся, я наношу руны. Также скажи своему молоту, чтобы не мешал. Руны нужны чтобы нанести ограничения на твоё тело.
— Какие ещё ограничения? Что она несёт? Рабом хочет тебя сделать? — тут же возмутился Великий Панцирь.
Я видел его, потому что снова находился между физическим и ментальным мирами. Его кажется тоже не волновали чужие жизни, тем более каких-то рабов, которые предпочитали жить в кандалах, чем умереть в бунте. Так решительный, сильный и непоколебимый, хочется сказать прямо как я, только вот во мне не было такого же презрения к рабам, к их слабостям… все смертные слабы, к чему эта надменность и пафос?
А ещё на каждого такого сильного находится ещё более сильный…
Медленно Великий Панцирь повернулся назад, где начинала расти неописуемого вида тварь, способная одним своим присутствием подчинить и уничтожить волю. Это был демон Теларии, которого она не спустила на нас, однако он находился всегда рядом с ней. И если будет нужно, эта тварь подчинит даже Великого Панциря, ну или убьёт в процессе.
— Отойди… или я сдохну. Выбора нет.
— Выбор есть всегда.
— Но не когда моя душа разваливается. Телария явно собирается спасти меня, чтобы потом что-то у меня потребовать. Наше сопротивление обернётся лишь большими затратами.
— У рабов тоже есть выбор. Если их принуждают стать жертвой, то пусть борются. И мы будем бороться.
— Но не с ней. По крайней мере точно не сейчас.
Я чувствовал помощь целителя, также странные литания начали напевать в храме. Храм был далеко, но ментальные потоки сходились вокруг меня и помогали. Физическому телу очень плохо, но ментальное покрывалась многочисленными заплатками. И это пение служителей Этия… не знаю как, но оно замедляло темпы распада моей души.
И когда меня вынесли в отдельное помещение, если быть точнее в утопленный в крови подвал, то я уже мог полностью контролировать свой ментальный контур. Кровь же продолжала наполнять подвал, а Телария приказала опустить моё тело прямо в этот жуткий бассейн.
Вместе с этим загорелись руны, которые были написаны прахом смертных мучеников. Их крики… я начал их слышать, а страдания — ощущать. Так открывался разлом, так создавалась основа для заключения контракта согласно всем правилам. Жертва, чтобы задобрить демона, боль и мучения чтобы скрепить ими чёткие правила, реки крови чтобы поддерживать разлом для невиданного уродства твари.
И я увидел демона, что был куда сильнее и Доргафа, и Вилии, и, как знать, может даже сильнее Келиксии. Он прибыл сюда по зову опытного демонолога, он не буянил и не пытался прорваться, сохраняя чистоту сознания в окружении пороков, ведь ему требовалось чётко понимать, какое решение приведёт к максимальной выгоде, величайшему из доступных грехов.
А ещё ему требовалось понять, достоин ли я его внимания и сил.
Первым что я почувствовал стал леденящий до костей бриз. Приторный солёный воздух ударил в ноздри и заставил открыть меня глаза. Тогда мной было увидено самое чёрное и грязное из морей. Смердящая вонь била в ноздри, а серый туман мерзко тянулся по водной глади.
— Где я? — сразу же родился вопрос и тут же сорвался с уст.
Оглядевшись, я понял, что нахожусь на скромном скалистом острове, в центре которого построен гигантский маяк. А вокруг этого острова помимо необычайно смердящих вод находился и стальной флот из крейсеров, эсминцев, корветов и прочих кораблей с орудиями на бортах. Эти корабли очень напоминали корабли из моего родного мира.
— Но как такое возможно?
— Арис? — вдруг рядом со мной встал и Великий Панцирь.
Я видел его практически идеально, он не напоминал фантома, а значит… значит всё происходящее находится во власти мыслей, намерений и эмоций.
— Что происходит? — кажется Великий Панцирь понимал не больше моего. — Какие странные корабли.
