Хаос Выжившие полностью

Парень его, разумеется, не слушал, и неуклюже пытался подняться. Серьезной угрозы он, конечно, уже представлять не мог, но Кен опасался выпускать его из виду. Этот псих, хоть и субтильный, и крайне нездорового вида, но на деле оказался весьма быстрым и очень опасным. Сейчас Кен смог рассмотреть его ещё лучше, и никак не мог понять, как в этом тщедушном бледном теле могла умещаться такая дикость и свирепость. Напади он на Валерия исподтишка, когда тот стоял бы к нему спиной, это могло кончиться для него плохо. Парень злобно смотрел исподлобья своими ненормально узкими зрачками куда-то в район его шеи и низко басовито рычал! От этого не свойственного человеческому голосу басовитого звука мороз пробежал по коже, заставив Кена вздрогнуть! Уж чего он только не видел в своей жизни! Нервы у него всегда были крепкими, а после войны, Валерий вообще сомневался, что его можно чем-то напугать. Но это! Такого Кен себе даже не представлял.

Он огляделся в поисках пострадавшего старика, но того нигде видно не было. Должно быть, ушел.

Он вдруг вспомнил, что у парня, еще в самом начале их знакомства, на лице была кровь. Так же она имелась и на тучном пожилом мужчине, которого этот ненормальный так безжалостно истязал. Конечно, можно предположить, что кровь любыми другими неисповедимыми путями попала ему на лицо. Например, в то время, пока они боролись на земле, он мог случайно измазаться ей, или старик, отчаянно пытаясь защититься, мог разбить ему губу или нос. Но что если..? Ведь та женщина, встретившаяся ему по пути, тоже...

Он сунул Бекас под куртку и, придерживая, чтобы тот не выпал, принялся застегивать молнию, обдумывая все это.

- Что-то многовато психов сегодня, – подумал он, когда внезапные звуки быстрого бега за спиной взорвали нервную систему вспышкой опасности; Валерий не успел даже повернуться, как что-то тяжелое врезалось в него, сбивая с ног! Оказавшись на животе, Кен экстренно попытался перевернуться, но с ужасом понял: нападавший значительно превосходит его в массе! Он заблокирован и не может обороняться! Чьи-то мощные руки ухватили его за голову и силой дёрнули, не то в попытках сорвать противогаз, не тоноровя сломать ему шею! Больно затрещал позвоночник! Противогаз значительно съехал, передавив ему нос и частично закрыв рот резиновым основанием, обзорный считок почти полностью оказался на виске. Валерий теперь видел только одним правым глазом. Дышать сразу стало заметно тяжелей!

В фокус внимания попал псих, с которым он разбирался только что; зрение уловило какое-то нескоординированное движение: видимо, травмы головы все-таки сказывались; парень смог-таки встать, но его тут же потянуло куда-то в сторону, и он, споткнувшись, нелепо упал, пропадая из виду. Валерий поискал за пазухой ружье, но того на месте не было, куртка была расстегнута, оружие выпало! Он забился,словно выброшенная на берег рыба, тщетно пытаясь сбросить врага, но огромный вес нападавшего в совокупности с железной хваткой, не позволили ему вырваться. Не менее чем стокилограммовая туша навалилась на Кена всей своей тяжестью, и он ощутил, как одна его рука вдруг оказалась в железном захвате. От резкой вспышки неимоверной боли чуть выше локтя у него потемнело в глазах. Он попытался вырвать руку, но она была будто в железных тисках. Враг угрожающе зарычал, подобно дикому зверю. Низко! Утробно! Злобно! У Валерия похолодело внутри. Он понял, что его держат не только руками, но и зубами. И новая вспышка боли, едва не лишившая Валерия сознания, заполнила собой всё вокруг.Эта тварь, словно собака, трепала его руку, пытаясь оторвать от неё кусок! Кен еще раз сделал попытку освободить руку, на этот раз осознано подав локоть на него, затем резко дёрнув. У него получилось! Он сразу же попытался вернуть противогаз на место, дышать становилось все труднее, однако успел только немного приоткрыть дыхательные пути и сделать лишь один вдох. Затем почувствовал, как железные руки хватают его за воротник и выгибают назад туловище до треска в пояснице. Горло сдавило воротом кофты, вновь перекрыв дыхание. Глаза заслезились. Тварь зачем-то приблизила свою хрипящую пасть вплотную к его шее, и Кен вдруг остро осознал зачем!