Познавательные мотивы в рисунках 3 кл. практически не просматривались. Так, например, на рисунке «Я в школе» девочка изобразила себя опаздывающей на урок и бeгущей по пустому коридору. В 5 кл. все свои рисунки Катя украсила эмблемой – сердцем, пронзенным стрелой, – и надписями «Love». Тематика такого рода свидетельствовала о более интенсивном, чем у одноклассниц, психосексуальном развитии (см. Приложение 9, рис. 1-).
Выполнение методики дифференцированной самооценки С. Хартер показало, насколько завышена самооценка девочки. Ее убежденность в собственной привлекательности, обаянии и всеобщей любви выразилась в сплошных высших баллах по всем заданиям. Интересно, что и в пятом классе подавляющее большинство ответов осталось на той же высокой отметке, хотя все-таки появилось пять «вероятностных», а не категорических, однозначных ответов, предпочитаемых в 3 кл. По методике изучения самооценки Дембо – Рубинштейн дифференциация самооценок также была незначительной. Катя поставила себе средние баллы по субшкалам «послушная», «внимательная», «грамотная».
Среди детей с индивидуальными характерологическими особенностями только у нее была самооценка, завышенная до такой степени. Менее высокими, по мнению девочки, были оценки ее со стороны сверстников: они оказались бы на 5–7 баллов ниже, чем ее собственные, и не удовлетворяли Катю.
Среди одноклассников Катя выделяется устойчивым, радостным настроением, готовностью к новым увлекательным занятиям. Она общительна, и ее круг общения в третьем классе включал семерых детей, брата, котика Барсика и морскую свинку. Называя друзей (Катя начала с дворовых знакомых и продолжила разговор рассказом о школьных приятелях), девочка постоянно говорила об интересных играх, которые они устраивают. Да и в школе ей интересно, потому что «дома если будешь сидеть, ни с кем не познакомишься». Таким образом, в 3 кл. подбор друзей осуществлялся по принципу компетентности в играх, в 5 кл. она называла тех, с кем вместе занимается танцами. Друзья, как считает Катя, настолько важны для нее, что, учись они в другой школе, она тоже перешла бы туда. Однако у одноклассников и Катя, и ее активность вызывают неоднозначное отношение. Беглые замечания детей о Кате, мимолетные отзывы родителей одноклассников, прозвучавшие в беседах с психологом, не подтверждали уверенных и легких, «праздничных» рассказов самой девочки о ее дружбе со сверстниками. Одноклассников и их родителей отталкивает явное желание девочки стать первой, быть на виду, а также ее избирательное отношение к детям в зависимости от их статуса в классе. Лишь родная бабушка Кати, напротив, стремилась подчеркнуть ее «чувство справедливости и ласку». Интересно, что ни она с дедушкой, ни родители не попали в названный Катей в 3 кл. круг общения. В 5 кл. родители были упомянуты с красноречивой оговоркой: «…общение на том же уровне, что и с детьми, но связано с развлечениями. Мама – с музыкой, особенно с музыкальной школой, папа – с поездками на машине по выходным дням и с кафе». Кстати, девочка убеждена, что одноклассники любят ее дедушку, поскольку он организует для них праздники и «огоньки».
У пятиклассницы Кати хуже стали отношения с учителями. Педагоги говорили о девочке как о средней ученице, не очень грамотной, да и Катя изо всех уроков выделила как любимый урок труда, а не какой-либо основной предмет. В 3 кл. при выполнении методики сказочного семантического дифференциала учительница была для нее воплощением Золушки, мягкой, любящей, заботливой. В 5 кл. девочка поместила классного руководителя между Снежной Королевой и Мальвиной и оговорилась, что у нее нет особого желания выполнять учительские поручения. Преподавательница тоже отметила, что у Кати нет заинтересованности в общении с учителем, что временами девочка может быть обидчивой, вспыльчивой, раздражительной. На этом фоне более явно выступили и те симптомы, которые можно было заметить при обследовании в 3 кл.: низкий показатель решаемости проблем по фрустрационной методике С. Розенцвейга, преобладание форм доминирующего типа поведения во время игровой экспериментальной ситуации, отсутствие особой моральной щепетильности в юмористических рассказах и репликах Кати. Так, героиня ее рассказа, без разрешения, в одиночку съевшая банку варенья, сожалела об этом только тогда, когда узнавала, что банка предназначалась для торта к ее дню рождения. К тому же показатель агрессии по методике С. Розенцвейга за год вырос на 6,5 балла, достигнув 11 баллов, тогда как показатель трансформации агрессии увеличился только на —,8 балла и стал равен 1,8 балла. В репликах, которыми сопровождалось выполнение методики, отчетливо звучали ирония и язвительность по поводу изображенного на картинках. Вместе с тем в ситуациях общения со взрослыми Катя сохраняла уверенный, требовательный тон обожаемого всеми ребенка. С рисунков «Я в школе» и «Я дома» (5 кл.) исчезло собственное изображение, а вместо этого на них появились школьно-письменные принадлежности. Сохранилась густая тревожная штриховка всего листа рисунка.
