– Предлагаю под покровом ночи перевести к Месиру полусотню Гамиза. Тогда с той стороны мы будем иметь около двух сотен. На рассвете второка всем сотням быстро подойти к стенам, тут Хамзаят прав, оттянуть на себя сотню обороняющихся. Пустить в ход горящие стрелы, стрелять и в стены, и поверх них, в город. Где-нибудь да загорится. Сотням Месира и Гамиза подготовить таран, которым мы собьем мост и ворота. А лучше, конечно, поджечь этот мост, потом брать ворота. Защитники крепости не смогут нанести нам серьезного вреда своими стрелами. Сотни же Месира и Гамиза способны пробить ворота и ворваться в крепость. И там с ходу посбивать варузов со стен и пройти вглубь городища. Да, завяжется кровавая сеча, но нас будет больше варузов. Вождь полян снимет поначалу часть десятков с других сторон, потом всех, и тогда сотни Абашиза и Кашура по лестницам поднимутся на стену, опустят мосты, отворят ворота. Тут и моя сотня будет в деле. Как только Месир с Гамизом пробьют брешь в воротах, я быстро поведу свою сотню через восточный перелаз к крепости. И тогда мы побьем всех варузов. Бабы ихние с детьми и стариками останутся в подвалах. Их пленим. И крепость будет наша, и ясырь большой. Устроим наказание варузам, сожжем крепость и с ясырем двинемся на юг.
Бек долго смотрел на Адара, потом неожиданно спросил:
– Скажи, Кадыр, ты в детстве не сидел на крыше своего дома и не мечтал о богатстве, глядя на звезды?
– Было дело, – растерялся Адар, – но при чем здесь это?
– При том, что твои мечтания подсказывают путь, которым следует идти. Ты прав. Так мы и поступим. – Шамат заметно повеселел, в отличие от Хамзаята, с завистью смотревшего на Адара. – Немедля отправляй гонцов к сотникам. Пусть передадут им твой план.
– Что, прямо сейчас?
– Я же сказал – немедля!
– Слушаюсь.
– Дай я тебя обниму, Адар. Ты воистину мудрый воин. И после взятия крепости будешь в племени вторым после меня.
Адар засмущался, как девица, которую похвалили за красоту.
– Бек, я предложил то, к чему ты пришел бы и сам.
Шамат кивнул:
– Это так. Я щедро награжу тебя за это.
– Ты уже своим обещанием наградил меня.
– Ты получишь больше, чем положение и слава. Ступай, мой мудрый Адар, признаюсь, я сильно недооценивал тебя. Но я исправлю положение, и ты узнаешь, что значит моя благодарность. Ступай!
Адар бегом выскочил из шатра.
Шамат вышел следом, подозвал второго слугу, Карена. Тот появился из-за шатра:
– Слушаю, господин.
– Проследи, чтобы у шатра никого не было. Чтобы никто не мог слышать, о чем я буду говорить с десятником Хамзаятом.
– Да, господин, сделаю.
– И смотри, сам не слушай. Если кто-то прознает, о чем мы говорили, я тебе первому отрублю голову.
– Да, господин! Разве я когда-нибудь…
Шамат прервал слугу:
– Не болтай лишнего!
– Слушаюсь.
Шамат вернулся в шатер. Хмурый Хамзаят стоял у столба, служившего опорой для шатра.
– Что загрустил, Ильдар?
– Сначала ты показывал Адару свою растерянность, потом слушал его совет, в конце концов сделал этот совет планом наших действий и даже обещал возвысить бая Адара: сделать его вторым после себя. А ты не подумал, что со временем у Адара, который очень дружен с Кашуром и Гамизом и даже с Месиром, появится желание стать первым? Азиз и Тахат поддержат любого, им все равно. Каир в плену у полян, мы его вряд ли скоро увидим. Остается только двое верных тебе людей – Абашиз и я. Этого мало, чтобы удержать власть, когда после успешного похода ты вернешься с огромным ясырем, но и с новыми немалыми потерями. Адар воспользуется тем, что благодаря именно ему тебе удалось взять крепость. Тогда все племя встанет на его сторону…
Шамат поднял руку:
– Хватит! Садись на ковер.
Бек и старший нукеров присели.
– Ты считаешь, что я настолько глуп, Ильдар? – сказал, прищурившись, Шамат.
– О чем ты?
– О том же, о чем и ты.
– Не понимаю.
– Скажи, зачем я велел слуге следить, чтобы нас никто не слушал?
– Не знаю.
– Плохо, Ильдар. Мне соперник Адар не нужен.
– Значит, все, что ты ему обещал, обман?
– Назовем это хитростью. Согласись, он предложил дельный план по захвату Вольного.
– Согласен, и что?
– Это все, что от него требовалось.
– Я до сих пор не понимаю тебя, господин.
Бек подложил под себя подушки, взял кальян и затянулся дурманящим дымом.
– Адар пошлет гонцов к сотникам для объявления плана.
– Да.
– Но гонцы передадут не приказ Адара, а мой приказ!
– Согласен. Но так и должно быть.
– И кто будет знать, что этот план предложил Адар?
– Ты, он и я.
– Верно, гонцы не в счет. Я – в стане, ты верен мне. А Адар? Разве он не может сгинуть в походе? Нет, не в походе, а при разведке восточного перелаза?
До Хамзаята дошел смысл коварного замысла бека.
– Вот оно что. Тогда другое дело. Ты хочешь послать на разведку самого Адара?
– Да. Раз придется переправлять его сотню, то и перелаз должен проверить сотник.
– А гонцы? Они прибудут после, и их уже не заставишь идти вместе с баем.
– А разве гонцы всегда возвращаются? Тем более в такой войне, как сейчас?
Хамзаят рассмеялся:
– Адару в мудрости и хитрости далеко до тебя.
– Потому и вождь здесь я, а не он.
Хамзаят посмотрел на бека:
