О том, как опасно злоупотреблять некоторыми техниками. Особенно в присутствии некоторых индивидуумов. Таймлайн - трехлетнее обучающее путешествие Наруто с Джирайей.
Наруто зажмурился, сложил печать, сосредоточился и произнес:
– Снятие.
Потом открыл глаза и с надеждой посмотрел в зеркало. Оттуда на него столь же внимательно вытаращилась блондинистая девица с ногами от коренных зубов и весьма аппетитными выпуклостями. Как, в принципе, и минуту назад.
Узумаки прислонился лбом к прохладному стеклу. В чем же дело?.. Раньше у него без проблем получалось развеять это дзюцу. Правда, раньше он всегда помнил, как и почему его применил. Вчерашний же день был надежно укрыт пеленой забвения, за исключением утра. Оно намертво впечаталось в память, главным образом потому, что старый извращенец опять надул своего ученика, сказав после завтрака, что зайдет на пятнадцать минут в кафе, расспросить народ об Акацуки, а сам по-тихому зафрахтовал судно и рванул куда-то вниз по реке. Джинчурики только и оставалось, что в ярости скакать по пирсу и беспомощно материться вслед отплывающему наставнику, который еще имел наглость улыбаться и махать ручкой.
– Наруто-о! – голосил с борта лодки извращенный отшельник. – Не пинай балду без меня, тренируйся! Завтра вечером верну-усь!
Чуть не лопнув от злости, Узумаки все-таки решил последовать совету Джирайи и отправился на тренировку в ближайший лесок. Он хорошо помнил, как выбрал полянку и приступил к делу, начав с метания кунаев в цель. Все дальнейшее представлялось шиноби как в тумане. Первое четкое воспоминание – как сегодня утром, вернее днем, он проснулся, лежа в виде голой девушки на разложенном футоне. Рядом валялась какая-то красная тряпка с обтрепанными краями.
Наруто печально шмыгнул носом и взъерошил свою теперь длинную шевелюру. Хвосты он распустил почти сразу, как проснулся – данная прическа казалась ему неудобной. И как только Темари ходит с четырьмя такими?.. Блондин, то есть теперь надо говорить «блондинка», вернулся мыслями к насущным проблемам и предпринял еще одну безуспешную попытку снять хенге.
– Чтоб тебя! – взвыл Наруто, в ярости саданув стену кулаком.
Неужели Саске был прав, называя его бездарем? Облажался даже с простейшей техникой!
Джинчурики со стоном сполз на пол и закрыл лицо руками.
Днем ранее
Если бы кто-нибудь еще сегодня утром сказал Учихе Итачи, что его можно победить при помощи буферов четвертого размера, нукенин бы расхохотался собеседнику в лицо, как бы невероятно это ни звучало.
Ну ладно, ладно. Может, и не победить, но деморализовать на время - так точно.
Все началось с прибытия в этот Коро. Кисаме во время прогулки по населенному пункту узрел на речном пирсе Узумаки Наруто, который провожал куда-то своего наставника Джирайю, и радостно поскакал в гостиницу к оставшемуся там Итачи, где настойчиво предложил изловить джинчурики, пока за ним никто не присматривает. Учихе это совсем не понравилось, но, по понятным причинам, он изобразил энтузиазм, и напарники отправились следить за мальчишкой.
Тот от реки немедля двинулся в лес. Итачи сразу предположил про себя, что у малолетнего ниндзя там тренировочный полигон. Нукенин и сам предпочитал оттачивать мастерство в окружении деревьев, так ему было уютнее. В конце концов, оба они – и Наруто, и Итачи – были родом из Конохи, которая располагалась посреди лесного массива.
Благодаря Учихе, который старательно, но незаметно притормаживал напарника, Акацуки потеряли цель из виду, и Итачи предложил разделиться, якобы для того, чтобы быстрее найти блондинчика, а на деле – чтобы самому разыскать его раньше и предупредить об опасности. Ничего не подозревающий Кисаме согласился и отправился в предложенную напарником сторону, противоположную той, где на самом деле находился джинчурики, а гениальный преступник из Конохи, еле дождавшись, пока синекожий отойдет подальше, рванул по следу чакры Девятихвостого.
Спустя несколько минут Итачи вышел на полянку, где полным ходом шла тренировка – Наруто метал кунаи в цель, ничего вокруг не замечая. Получалось у него совсем не так плохо, как утверждали слухи, хотя до идеала, конечно, было далековато.
– Здравствуй, Наруто-кун, – проговорил Итачи.
Джинчурики подпрыгнул, извернулся в воздухе и оказался лицом к лицу с нукенином.
– Ты! – выкрикнул он, сжимая в ладони кунай.
– Да, я, – мирно отозвался Учиха и легко уклонился от метательного лезвия. – Давай побеседуем, Наруто-кун.
Побеседовать не получилось, так как Узумаки не желал ничего слушать, атакуя нукенина различными техниками, от которых Итачи едва успевал уворачиваться.
– Ну хватит, Наруто-кун, успокойся и послушай меня…
Больше Учиха ничего не успел сказать, потому что джинчурики использовал, несомненно, самый действенный из арсенала своих приемов.
Коноховский нукенин всегда почитал главным своим достоинством умение сохранять невозмутимость в любой ситуации. Но весь его хваленый самоконтроль испарился, когда на месте Наруто появилась совершенно голая блондинка с двумя хвостиками и другими… не менее выдающимися особенностями.
Несчастный Итачи попросту утратил дар речи, а девица, злорадно улыбаясь, спросила:
– А как тебе это?
