Видя горячую любовь племянницы, Елена Петровна старательно взращивала в душе девочки такие же чувства по отношению к родителям. Чем старше становилась подопечная, тем больше Ляля рассказывала ей о работе папы с мамой. Конечно, правду Елена Петровна сообщить не могла, да она и сама теперь в подробностях не знала, чем занимаются брат и невестка, но внушала девочке:
– Твои папа и мама стоят на страже интересов народа!
В конце концов Настя твердо уверилась: ее родители - самые уважаемые люди на свете, а их работа невероятно ответственна.
Настя была замечательным ребенком, училась отлично, особых проблем не доставляла, ее любили и учителя, и одноклассники. Девочка бегала на дополнительные занятия, рисовала, танцевала, пела, а после окончания школы очень легко поступила на экономический факультет, профессию ей помогла выбрать Ляля.
Когда Настя писала диплом, в семье случилась беда. Женя и Галя попали в аварию, из машины вынули два трупа. Елена Петровна поседела от горя, Настя выплакала все глаза и растеряла веселость. Госэкзамены она чуть не завалила, но педагоги, осведомленные о несчастье, проявили к девушке сострадание.
– Надо тебе устраиваться на работу, - опомнилась через некоторое время Ляля.
– Я уже оформляюсь, - ответила Настя.
– Куда? - ахнула Елена Петровна. - Почему со мной не посоветовалась?
Настенька обняла тетю.
– Думаешь, мама с папой погибли случайно?
– Это была автокатастрофа, - тихо ответила Ляля. - Ты же знаешь подробности: пьяный урод выскочил им на встречку. Ладно бы он в «Жигулях» сидел, так ведь на тракторе ехал! Женя ничего не сумел сделать.
– Это официальная версия, - сухо отбрила ее Настя, - а на самом деле их уничтожили враги.
– Что ты, милая! - начала Елена Петровна. - Ну какие у Женечки с Галочкой враги? Они были святыми людьми! Никому плохого слова не сказали.
– Я уже не маленькая, - мрачно перебила ее Настя. - И потом, я беседовала с Олегом Петровичем.
– С кем? - напряглась Ляля.
– Начальником управления, в котором служили родители.
– Не может быть, - испугалась Елена Петровна. - Зачем?
– Я встаю на место выбывших из строя, - торжественно заявила Настя.
– Не надо! - встрепенулась Ляля.
– Почему?
– Ну… просто не надо, - повторила Елена Петровна. - Это трудная служба, можно не устроить личную жизнь, придется заниматься не всегда приятной работой.
– Кто-то же должен убирать грязь! - парировала Настя.
– Ты имеешь высшее образование, свободно владеешь иностранными языками, великолепно рисуешь, танцуешь, поешь. Может, тебе еще на актрису поучиться? - стала соблазнять воспитанницу Ляля. - Сцена, успех, аплодисменты… Подумай, дорогая!
Настя улыбнулась.
– С четырнадцати лет я знала, куда пойду служить. Ты ведь мне объяснила, каким делом заняты папа с мамой - самым необходимым, они служат Отечеству!
Вот когда Елена Петровна горько пожалела о своих восторженных рассказах.
– Но откуда ты узнала про отдел, где служили родители? - только и сумела спросить она. - С улицы прийти и справки навести нельзя. Кто тебя отвел к Олегу Петровичу?
Настя молча подошла к небольшому секретеру.
– Эта вещь принадлежала отцу, так?
– Да, - кивнула Ляля. - Старинная мебель, очень красивая.
– Откуда она у нас?
Очень удивленная таким поворотом беседы, Ляля ответила:
– В свое время твой дед Валерий купил его для своей жены.
– Знаешь секрет?
– Чей? Дедушкин? - напряглась Ляля, которая никогда не раскрывала Насте семейные тайны.
– И его тоже, - вдруг весело заявила Настя. - Но сейчас я спрашивала вот про это.
Не успела Ляля моргнуть, как воспитанница ловко поднырнула под полированную столешницу, послышался щелчок, легкий скрип, треск…
– Вот, смотри, - велела Настя.
– Это что? - изумилась Елена Петровна.
– В секретере есть тайник, - пояснила воспитанница. - Я случайно его обнаружила. Помнишь, когда я училась в восьмом классе, тебя в санаторий отправили?
– Было дело, - растерянно подтвердила Ляля.
– А родители в командировку укатили.
– Помню.
Настя села в кресло.
– Я осталась одна и решила сделать всем сюрприз - убрать квартиру. Затеяла генеральную уборку, занавески перестирала, книги перетерла, мебель полиролью обработала. Очень старалась! Залезла под секретер, решила его и снизу протереть, тряпкой зацепила за какой-то выступ, нажала на завитушку… Открылся ящик, а в нем дневник бабушки Оли, она его каждый день вела.
– Не может быть! - обомлела Ляля.
– Самым тщательным образом все записывала.
– Вот казус! - прошептала Ляля.
– И прятала хорошо. Уж не знаю, был ли тайный ящик в секретере с самого начала или бабушка его специально сделала, - сказала Настя. - Там много про работу.
– Она не имела права писать о службе!
– Но все же записывала, - улыбнулась Настя. - Очень интересно. А еще про историю отношений Анны с моим дедушкой Валерием.
– Это ложь! - на всякий случай крикнула Ляля. - Анна была… э… не совсем нормальна.
Настя положила на стол несколько толстых тетрадей.
– Всего их двенадцать штук, - пояснила она, - и все лежали в тайнике. Ольга не сомневалась: твой, Ляля, отец - Валерий. Там есть точный расчет, буквально по дням.
