В дверь позвонили. Семен Семеныч, горюя о холодильнике, который он любил не меньше, чем кот (для Семен Семеныча этот холодильник тоже много лет кормильцем-поильцем был), поплелся открывать. На пороге стояла соседка Мусса Мармеладовна. Она внимательно посмотрела на Семен Семеныча, показала пальцем на холодильник и спросила:
– Семен, ты в своем уме?
Семен Семеныч потрогал ухо и сказал:
– В своем.
– А что скорбный такой, бровки домиком? – спросила Мусса Мармеладовна.
– Да так, обстоятельства всякие… докучают… совесть… жена… плакать… – забормотал Семен Семеныч, непривыкший жаловаться на жизнь и стесняющийся страшно Муссы Мармеладовны, потому как она была дама внушительная и прозорливая.
– А жена твоя где?
– Ушла к маме, – прошептал Семен Семеныч, готовый уже сквозь пол провалиться от стыда за собственную расползающуюся побитую кризисами жизнь.
Мусса Мармеладовна покачала головой и сказала:
– Завтра после работы ко мне приходи, я тебе погадаю, посмотрим, что с твоей женой делать, как вернуть.
Семен Семеныч всхлипнул.
– Ну что еще такое? – всплеснула руками Мусса Мармеладовна.
– Не могу после работы… меня с работы уволили… – расстроившись вконец, произнес Семен Семеныч.
– Понятно, – Мусса Мармеладовна закивала головой, – теперь все понятно. Кризис, стало быть, случился! Ну, тогда приходи, когда успокоишься. Я тебе погадаю, и все будет хорошо. И кстати, как тебе мои ручки?
Она протянула ладони Семен Семенычу, и зашевелила пальцами, демонстрируя земляничного цвета маникюр.
– Хорошие ручки, – оторопел Семен Семеныч, не понимая намерений Муссы Мармеладовны.
– Рада, что понравились, – и Мусса Мармеладовна вышла, плотно закрыв за собой дверь.
Семен Семеныч прислушался к звукам за дверью: так и есть – Мусса Мармеладовна уволакивала к себе его холодильник. «Кажется, это я холодильником вроде как позолотил ей ручку. Значит, действительно, хорошего чего-нибудь нагадает!» – подумал он и пошел к Петровичу.
Дверь у соседа была приоткрыта, в коридоре пахло хвоей, а вход в комнату перегораживала лужа.
– Петрович, я принес благие вести – все будет хорошо! А это, что ли, кот у тебя столько наплакал? – весело пошутил Семен Семеныч.
– Нет, – раздался слабый голос Петровича из комнаты, – это я наплакал…
Семен Семеныч, встревожившись, заглянул в горницу Петровича, да так и застыл на пороге: у стены, там, где всегда стоял диван, была сложена поленница, да немаленькая, метра полтора высотой! Наверху сидел Петрович, держащий в руках небольшую настоящую новогоднюю елочку, именно она так пахла хвоей.
– Что это с тобой? – изумился Семен Семеныч, и догадка сверкнула у него в голове. – Это что, объявление сработало???
– Да, – всхлипнул Петрович, – сработало!
– Так что ж ты плачешь – радоваться же надо! – посоветовал Семен Семенович.
– Кота жалко! Мне не нужны дрова, это я назло коту объявление писал, чтобы заплакать его заставить, а тут мужики приехали, дрова сгрузили, в руки елку сунули – говорят, бонус такой, кота сцапали и уехали, – и Петрович скривил лицо, опять готовясь заплакать.
– Не реви! У тебя, можно сказать, открытие случилось, а ты ревешь, – строго сказал Семен Семеныч.
– Какое еще открытие? – удивился Петрович так, что слезы его мгновенно высохли.
– Самое настоящее! Ты открыл новый способ работы с Вселенной по запросу! – торжественно провозгласил Семен Семеныч.
Петрович скромно потупился.
– Раз твои объявления имеют такую силищу, значит, тебе надо написать объявление, чтобы кота обратно принесли, да еще с доплатой.
Семен Семеныч помог другу спуститься в горы поленьев, и они включили компьютер. Петрович защелкал по клавиатуре текст нового объявления:
