— Серак! — Посох, с мечем на конце, силой магии складывающейся до маленькой палочки, размером с ладонь. Оружие темных магов и против темных магов, — заряженный!
— Живой брать! Хочу ее на допрос.
Секундой спустя, девушка приняла стойку. С серака сорвалось темное заклинание. Краг выставил щит и отлетел назад от удара. Магичка рванула вперед, размахиваясь для удара.
Арис успел заметить, как безмятежно и прекрасно ее лицо. Как мягка поступь и элегантны движения. Девушка словно танцевала, осыпая ударами серака, а эти удары способны были пройти магический щит. Тонкая ручка красивым взмахом отсылала самые темные заклинания, грозившие неминуемой и мучительной смертью. Любой удар она встречала так, будто знала о нем заранее. А легкие царапины заживали на глазах.
Барон Краг одним движением руки создал воздушную волну, откинувшую всех в стороны. Девушка тут же бросилась обратно, а он ей наперерез. Вспышка тьмы, и оба без сознания лежат на земле, а между ними активированный артефакт. Лорд Арис оглянулся, и к ужасу не нашел сзади ни одного живого мага из поддержки. Магичка вывела их из строя, пока «промахивалась».
— Да какого демона! — выругался лорд Арис.
— Потом. Я все еще могу тебя прикрывать. Он там. Телепорты не сработают еще минут десять. Надо успеть.
В себя я пришла очень резко и к своему ужасу все помнила. Единственный человек во всем этом мире, кому я доверилась, меня предал. Предал так, как я даже не могла вообразить. Если бы учитель захотел мое тело, меня, я бы, наверное, не стала ломаться. Но так! Околдовать, превратить в послушную куклу! Медленно пришло осознание того, что все, что я знаю о мире, я знаю от него. Чему можно верить, а чему нет? Кто я и зачем я тут? Правда ли хоть то, что я помню? Ответа мне не было.
Перед глазами медленно проносилась прошлая жизнь. Школа, подруги, как я про них думала. Родители, которым было не до меня. То, как я всегда ощущала себя не от мира сего и мечтала попасть в другой, волшебный мир. Разумеется, с магией, драконами, и принцем. Попала, блин. Вспоминания перешли на уже новый мир. На учителя, который заботился, помогал. На одноклассниц, готовых убить за косой взгляд. На людей, которых я убила. Лица впечатались в память. Было страшно и больно вспоминать. А еще то ощущение могущества. Та легкость, с которой я танцевала. Сила, отвечающая мимолетному желанию. Желанию защитить.
Душу заполняла черная тоска по потерянной жизни и чувство жалости к себе. Что со мной будет? В школе доходчиво рассказывали о том, как именно казнят предателей. На выбор был костер, колесование, замуровывание заживо, вытягивание всех сил, и маленькая клетка, куда осужденного втискивают чуть ли не ногами. Смотря чего маг боится сильнее. Список немного менялся от тюрьмы к тюрьме, но не сильно.
— Узнали, кто эта девушка? — не здороваясь, лорд Арис вошел в кабинет отдела дознания.
— Нет, милорд. В книге распределения нет ее отпечатка силы. Она не проходила сканирование при рождении и не проходила испытания при приеме в школы как простолюдинка.
— Занятно. А в школьных бумагах?
— Только имя. Кари. Вполне возможно, что не настоящее. Указана как слабая целительница. Все письменные работы писала на отлично, но слабый дар откидывал ее в число отстающих.
— Я бы не назвал ее дар слабым. Может скрывала?
— Пока удалось выяснить только то, что лорд Кравис благоволил девушке.
— Что-то еще?
— Да, милорд. Девушка уже шесть часов сидит, не шелохнувшись. Смотрит в одну точку с каменным лицом. Иногда плачет. Но также молча и не меняясь в лице.
— Колдовать пробовала?
— Нет. Разок сходила в туалет по маленькому, и все. Даже воду не пила.
— Ее обследовали?
— Нет. Ждали вас, милорд.
— Хорошо. Видите ее на допрос. Я посмотрю.
Все внимательно смотрели на стекло, показывающее камеру. Дверь открылась и внутрь, отделяя себя от задержанной рогатиной, вошли двое. Кари сидела, не шелохнувшись. Конвоир резко ткнул в область живота. Кари не сопротивлялась. Рогатина обогнула ее талию и защелкнулась. Следуя указаниям, девушка встала и пошла, куда велели. Конвоиры несмело следовали сзади, придерживая и направляя. В допросную девушка вошла так же легко, той же летящей походкой, которой не бывает у простолюдинки. Ее ткнули к допросной стене. Девушка сама подставила руки и ноги к защелкам кандалов. Но ее попросили повернуться лицом, и она это сделала. Сама. Кандалы защелкнули и конвоиры вышли.
Палач сорвал платье и выложил на угли клейма.
— Как думаешь, на сколько ее хватит?
— Сперва надо узнать, не под самозаклятьем ли она. А то только зря уголь переводить.
Палач приложил первое раскаленное клеймо к груди, и девушка заорала. А стоило его убрать, обвисла в кандалах, но сознание не потеряла. Второй третье, пятое. Девушка кричала, но даже не пробовала говорить. Весь отдел внимательно смотрел на допрос.
— Милорд, нормальный человек, тем более, девушка, давно бы сломался. Даже те, кого воспитывали шпионить с детства, к пятому клейму на лицо не выдерживали, и хотя бы начинали злословить.