- Ну почему? Работа ведется, определенные подвижки есть, - пробормотал Райский, - в любом случае основной удар примет на себя двойник, стало быть, безопасность Стаса обеспечена.
- Понятно, - кивнул генерал, - а как обстоят дела с Шамилем Исмаиловым? Тоже есть определенные подвижки?
- Владимир Марленович, - Райский впервые решился посмотреть прямо в глаза генералу, - я должен признаться вам. Я ошибся. За Стасом охотится не Исмаилов, а кто-то другой. И я до сих пор не знаю кто. Простите меня.
- Миша, Миша, - вздохнул генерал, - ты заигрался в наши игры. Я еще давно, много лет назад подозревал, что это с тобой произойдет. Но тогда я не видел в этом беды. Я был таким же, как ты, как все мы, - генерал прикрыл глаза, и показалось, что он уже не дышит.
- Владимир Марленович, - осторожно произнес Райский, - пока известно только, что с острова и вообще из Греции Стас не улетал на самолете. Кредитками не пользовался.
- У него достаточно наличных, - отозвался генерал, не открывая глаз, свяжись с пограничниками в Шереметьево. Но и без этого я знаю, что он уже здесь, в Москве. Он вылетел из Турции или из Болгарии. Поселился в какой-нибудь окраинной частной гостинице и пытается связаться с одной из наших бандитских крыш напрямую.
- Через Плешакова? - тревожно спросил Райский.
- Нет. Вряд ли. Он не доверяет Плеши. Я не исключаю, что у него есть какие-то свои, совершенно отдельные связи. Но ты сейчас все равно его не найдешь. И не надо. Пусть пока никто не знает, что он здесь.
- Володя, что ты такое говоришь? - вмешалась Наталья Марковна. - Надо найти его, мы не можем так все оставить.
- Мы, Наташенька, сейчас уже ничего не можем, - слабо улыбнулся генерал, я сделал все, что было в моих силах. Следует дать ему шанс хотя бы что-то в этой жизни сделать самому, потому что меня уже очень скоро не будет рядом.
- Владимир Марленович, но его необходимо найти и предупредить о двойнике, иначе поломается вся игра,- медленно и удивленно проговорил Райский.
- Да, Мишка, ты действительно заигрался, - покачал головой генерал,- я верю, ты поймаешь Исмаилова. Ты нашел отличный ход. Этот твой майор... Я не спрашиваю, где ты его откопал, и мне не жаль денег, которые ты потратил на пластическую операцию. Он многое может, ты постарайся его сберечь. И не жертвуй им ради Исмаилова, он тебе потом еще пригодится. А генеральские погоны ты все равно получишь, пусть не сейчас, позже. Но не заигрывайся. Время летит страшно быстро. Есть вещи, которые важнее и сильнее нашей интересной, но чрезвычайно паскудной работы. Вот эта дрянь, которая жрет меня изнутри, она сильнее и важнее любой работы. И зло, которое мы делали ради работы, тоже, оказывается, важнее и сильнее ее.
"Вы не правы, генерал. Вы не правы хотя бы потому, что умираете. А я нет", - подумал Райский, но, конечно же, не произнес этого вслух.
* * *
"Он наколотый, ему ничего не страшно. Он ворвется в кабинет и выпустит всю обойму. Правильно, они ведь знают, что у подъезда дежурят наружники, которые могут его остановить. Они все рассчитали точно. В коридоре и в холле полно народу. Обезвредить его без стрельбы, без жертв практически невозможно. Какие у меня шансы? Они рассчитали все, но не учли, что здесь окажусь я и вычислю его раньше, чем он начнет действовать".
Сергей вошел в кабинет и запер дверь изнутри на английский замок.
- Что вы делаете? - удивилась медсестра. Он не ответил, достал телефон, набрал номер Райского.
- Михаил Евгеньевич, он здесь.
Полковник только что вышел из подъезда генеральского дома, мрачный и раздраженный. Он не сразу узнал Сергея, не понял, о чем речь, и, перекрикивая уличный рев, спросил:
- Кто? В чем дело?
- Свяжитесь с вашими людьми в клинике. Очень срочно. Это старший сержант Трацук. Ну вспомните пленку. Хасан, который расстреливал заложника. Он смертник. Он сидит в коридоре на третьем этаже, у тридцать первого кабинета. Вокруг полно народу. Оружие у него в правой руке, прикрыто журналом. Длинные желтые волосы, круглое лицо, на вид чуть больше двадцати, одет в синие джинсы и черную кожанку.
Пока Сергей говорил, он успел опустить жалюзи. За окном собиралась гроза. Небо почернело. В кабинете стало совсем темно. Юля и рыженькая медсестра застыли и молча смотрели на него. Их глаза блестели в темноте.
- Погодите, майор, вы сами где сейчас находитесь?
Но Сергей не ответил. Дверь сильно дернулась. Конечно, Чуня не мог узнать своего бывшего командира. Но у Чуни было чутье смертника, он просто почувствовал, что человек, вошедший в кабинет, может ему помешать, и начал действовать.
- Ключ! - вскрикнула медсестра и зажала ладонью рот.
Когда Сергей вошел сюда в первый раз, он успел заметить, что в кабинете есть еще одна дверь, но ведет она в тупик, в маленькую комнатку, где нет ничего, кроме шкафа, двух кресел и журнального стола.
- Ключ торчит снаружи, в коридоре, - опомнившись, прошептала Юля, подхватила Вику и затащила ее в комнату отдыха.
Дверь дернулась еще раз, а потом щелкнул замок.
