– Я что-нибудь придумаю, ладно?
– Обещаешь?
– Обещаю, – клянусь я, а затем вдруг вспоминаю, что вчера оставила пакет в машине Джейка. Тут же впадаю в панику, ведь понимаю, что там и папка с моими записями для открытого урока в пятницу. Делаю глубокий вдох, чтобы не сойти с ума, и все же беру себя в руки. – Садись на мое место. Мне пора.
– Что случилось? – хмурится Даниэль.
– Ты на машине?
– Да. – Он подрывается с места. – Ты меня пугаешь, Мили.
– Что там происходит? – грозно интересуется папа. – Амелия, сядь.
– Мне срочно нужно уехать. Оставила кое-что важное в школе.
– Кто бы сомневался. Растяпа. – Отец мотает головой, и я стискиваю зубы. – Никакого уважения к бабуле Эстелле!
Смех все же вырывается изо рта, и взгляды всех присутствующих опять устремляются на меня.
– И что же смешного сказал отец, Амелия? – вскидывает бровь мама.
Еще немного, и свою исповедь я начну со слов «Господи, прости, ибо я согрешила».
– Ничего. Всем хорошего вечера! – Я натянуто улыбаюсь и вылетаю из гостиной, пока вслед доносятся недовольства родителей.
Даниэль несется за мной:
– Сестренка, ты лучшая.
В недоумении на него смотрю.
– Свалить с семейного ужина под предлогом того, что что-то забыла… – поясняет он и присвистывает: – Непризнанный гений.
Скептически смотрю на него:
– К сожалению, я не настолько гениальна. Я просто забыла у Джейка пакет в машине. Но проблема в том, что уже поздний вечер, а я понятия не имею, где его искать.
– У какого Джейка? – хмурится Даниэль.
– Эванса.
– А что ты делала в машине у Джейка Эванса? – почти кричит на всю улицу братец.
– Тише ты, – шиплю я. – Он просто подвозил меня до дома.
– Когда?
– Вчера.
Воцаряется тишина, что слышно даже, как шумит лампа накаливания в уличном фонаре возле потрепанного «Мерседеса» брата. Я останавливаюсь у пассажирской двери и резко поворачиваюсь к Даниэлю.
– Мне страшно, когда ты молчишь.
– Мне страшно, что ты забываешь вещи в машинах малознакомых парней. Особенно – в машине Джейка Эванса.
– И что не так с Джейком Эвансом?
– Насколько мне известно, он тот еще… – Даниэль облизывает губы. – Даже не знаю, как выразиться.
– Как есть. – Я выжидающе смотрю на него.
– Он ведет довольно… эм… разгульный образ жизни.
– Я не собираюсь продолжать с ним общение. Мы просто встретились в школе, был сильный дождь, и он предложил меня подвезти.
– В школе? – хмурится братец.
– В школе, – повторяю я как попугай. – Джейк теперь тренирует «Акул».
– Я что, в какой-то параллельной реальности? – хмурится Даниэль, вызывая у меня усмешку. – Просто будь с ним аккуратнее. Не хочу снова набивать кому-то морду.
– Никто не просил тебя избивать Адама.
При упоминании моего бывшего Даниэль стискивает зубы, а затем шумно выдыхает и открывает передо мной дверь машины.
– Я тебя услышала, Дани. Не волнуйся. У меня сейчас совершенно нет времени на парней. И даже если бы оно вдруг было, вряд ли я бы заинтересовала Джейка Эванса. Мы с ним разного поля ягоды.
– Не принижай себя, Мили. Ты красива.
– Не настолько.
Даниэль наклоняет голову вбок и смотрит на меня своими янтарными глазами.
– Я видел, как он смотрел на тебя в баре.
– Ты придумываешь то, чего нет. И я же сказала, он просто меня подвез.
– Ладно.
– Ладно, – повторяю его реплику я и сажусь на сиденье.
Брат обходит машину и занимает водительское место.
– Куда едем?
– Понятия не имею.
Брови Даниэля так высоко взлетают, словно вот-вот улетят в космос.
– Что? – смеюсь я. – Я не знаю, где искать Джейка Эванса.
– Секунду. – Брат тянется к телефону.
– Что ты делаешь?
– Хочу найти в интернете выпуск про экстрасенсорные навыки, чтобы понять, как их пробудить.
Мой громкий смех проносится по салону автомобиля.
– Мы можем заехать в бар. Джозеф наверняка знает, где его искать, – предлагаю я, перестав смеяться.
– Видишь, работает, – подмигивает мне Даниэль, и я снова начинаю хохотать.
Какого черта у меня дома поет Майли Сайрус?
А еще кто-то стучит мне по голове. Громко. Звонко. Приходится зажмуриться.
Распахиваю глаза и жду, пока нормализуется зрение. Мушки перед глазами исчезают, и я снова прикрываю веки, ослепленный ярким светом потолочной лампы.
Нахожу в себе силы сесть и тру переносицу, пытаясь понять, что происходит, как вдруг меня обливают ледяной водой.
– Какого хрена? – воплю я, подрываясь с дивана и тут же морщась от пульсирующих висков.
– У меня к тебе такой же вопрос, Джейк. Мать твою, ты продержался без алкоголя меньше недели.
Широко распахиваю веки, тут же позабыв о головной боли, и пялюсь на человека перед собой словно на призрака.
– Сколько я выпил? У меня глюки?
Остин стискивает зубы и с шумным вздохом устраивается на кресле напротив меня.
– Что ты здесь делаешь? – недоумеваю я. – И почему из колонки звучит песня Майли Сайрус?
– Чтобы ты не попросил меня спеть ее. Снова. Придурок.
Я фыркаю, вспоминая, как три года назад попросил его спеть одну из ее песен после расставания с Элизабет.
Ну а что? Я не хотел страдать в одиночестве.
Точно. Элизабет. Вот из-за чего все это.
– Ты серьезно здесь? Или я настолько пьян?
Друг недовольно стонет:
