У входной двери нас поприветствовал парень, который, как я могла предположить, был братом Гевина.
— Срань Господня! Ты в самом деле пришел. Я проспорил отцу пятьдесят баксов, поклявшись, что ты не будешь присутствовать на шоу, — Гевин обнял брата, прежде чем представить нас.
— Грифф, знакомься, это Мила.
Он сжал меня в своих крепких объятиях.
— Рада познакомиться, — сказала я, когда он ослабил свою хватку.
— А как мне приятно, — Гриффин забрал наши пальто и убрал их в гардероб, рядом с холлом.
— Итак, Гевин говорил мне, что ты хорошенькая, но это слово и в малой степени не отражает твоей красоты, — Гриффин хлопнул Гевина по руке. — Черт, брат, неудивительно, что ты совсем на ней зациклился.
Гевин зарычал на своего брата.
— Остынь, Грифф. Я уже не хочу быть здесь — не делай все это еще более неловким, чем уже есть.
Мы заняли места за круглым столом, когда я формально познакомилась с родителями Гевина, ни один из них, казалось, не хотел иметь ничего общего ни с Гевином, ни со мной. Я понятия не имела, почему его мать настаивала, чтобы мы присутствовали на ужине, если наша компания здесь была не в радость.
После того, как мы в тишине выпили вино с сыром, мать Гевина наконец заговорила.
— Итак, Мила. Гевин говорит, что ты тренер по фигурному катанию. За какими перспективными фигуристами мне стоит наблюдать на следующих Олимпийских играх?
Должно быть я покраснела дальше некуда.
— Нет, мэм, пока еще нет. Моим девочкам еще довольно далеко до того, как они начнут делать прыжки.
— Значит, ты работаешь с малышами?
Я кивнула, не зная, что еще сказать.
— Это действительно было потрясающе.
Грифф мило улыбнулся мне.
— Ты была на играх Гевина в этом сезоне?
— Я была на самой первой. Это было просто невероятно, если не сказать больше.
Мистер Хейс, сидевший во главе стола, пробормотал что-то. Он в самом деле был человеком немногословным, только несколько слов по делу. И как он тренировал?
Гевин взял меня за руку.
— Эта маленькая леди была нашей удачей в тот вечер. Кокс вместе со мной играл с удвоенной силой, зная, что она болеет за нас.
— Милый, прости, но я просто не могу сделать это, — миссис Хейс встала из-за стола. — Я хочу сказать, что фамилия Кокс — это не то, что надо говорить так громко, и ты утверждаешь, что любишь ее? Ты в самом деле думаешь, что это подходит нашей семье? Какой-то никчемный помощник детского тренера по фигурному катанию? Это просто ужасно.
Я начала отодвигать свой стул назад.
— Наверное, мне лучше уйти, — прошептала я Гевину. Грифф начал качать головой, делая мне взмах рукой, чтобы я оставалась на месте.
Гриффин последовал за своей матерью в гостиную.
— Я позабочусь о ней. Отец? Присоединишься ко мне?
Мистер Хейс хмыкнул и, взяв свой бокал со скотчем, последовал в противоположном от его жены и младшего сына направлении.
— Это просто бред.
Первые слова, которые я услышала от этого мужчины, и он был в стельку пьян, он ругался на то дешевое шоу, что здесь устроили, только из-за того, что его сын привел меня на ужин в их дом.
Гевин со злостью выскочил из-за стола.
— Мила, прости, но мне нужна одна минута.
Он выбежал через парадную дверь, а я как идиотка осталась там одна в роскошной гостиной для официальных приемов с жареной курицей, стоявшей передо мной.
Через несколько минут я вышла на задний двор.
— Гевин? — я оказалась на заднем дворе, где Гевин ходил туда-сюда.
— Детка, мне так жаль, что я слетел с катушек. Они просто задели меня за живое.
Я взяла его за руку.
— Гевин, посмотри на меня.
Он посмотрел вниз, его взгляд был остекленевшим, когда он стянул края моего пальто вместе, чтобы было теплее.
— Что такое, детка?
— Ты не можешь сжигать себя самого ради того, чтобы было тепло остальным. Просто помни это.
Он вздохнул, притянув меня к себе.
— Как мне могло так повезти, что я встретил тебя? — он поцеловал мой подбородок. — Как ты посмотришь на то, чтобы свалить из этого балагана, взять пиццу и посмотреть новый выпуск «Шоу Джима Джеффериса»?
Просияв в ответ человеку, которого я любила, я крепко обняла его.
— Звучит просто идеально.
После того, как я съела столько пиццы, сколько весила сама, я свернулась под пушистым одеялом на постели вместе с Гевином. Даже несмотря на то, что вечер начался весьма нервозно, в таких незначительных моментах не было ничего, что я могла бы изменить для этого мира.
— Знаешь, что меня просто сводит с ума? — моя неизбежная пищевая кома делала меня забавной и совершенно глупой.
Гевин опустил на меня свой взгляд, улыбнулся и рассмеялся.
— И что же это, красотка?
Я включила паузу, когда Джимми Джеффрис рассказывал историю об Оскаре Писториусе и о том, как он стрелял в самую сексуальную девушку на земле.
— Какого черта талисман команды из Нью-Йорка — это выдра? Откуда, черт возьми, взялась Олли?
Он притянул меня к себе поближе и поцеловал в щеку.
— Знаешь о том, какая ты очаровательная?
— Почему это очаровательно? Я в самом деле весьма озадачена этим фактом.
