Взрыв термической гранаты раскидал собравшихся тварей и оплавил коридор. Хаф методично добил подранков и кинул за угол сенсорный датчик. Тихий едва слышный писк, и перед нашими глазами началась прорисовываться карта четвертого яруса улья: серия небольших овальных камер и одна, последняя, гораздо более крупная.
- Комната королевы?
- Да. - яут расщедрился на ответ. - Кладки. - на карте замигали маркеры.
- Как будем чистить?
В ответ он поднял руку и показал шарик гранаты. И правда, что за вопрос? Не руками же резать яйца, рискуя словить шустрого хаггера. Правда, я полагаю, для яута на выбор способа зачистки повлияла не степень риска, а практичность. Коконы хорошо горят, а хаггеры довольно чувствительны к высокой температуре. Да и гранат у нас много.
До комнаты королевы мы дошли в клубах дыма под грохот взрывов гранат. Хаф не скупился, закидывая в камеры смертоносные шарики буквально горстями. Мне даже показалось, что обычно спокойному и рассудительному воину этот акт вандализма доставляет огромное удовольствие. Тихие шипящие смешки не способствовали моему спокойствию. Ннан"чин"де добивал уцелевшие яйца и выползших на грохот взрывов защитников гнезда из р"кра. Дуло наплечной пушки раскалилось практически добела. Наконец, камеры закончились, и мы вошли в комнату королевы.
Хаф тряхнул головой, что-то зло прорычал, встряхнулся, словно сбрасывая какое-то наваждение. Вход в камеру располагался довольно высоко над полом, полностью заставленном яйцами. Хаф повертел в пальцах шарик гранаты и с недовольным рычанием убрал его обратно в бокс. Я осторожно выглянула из-за плеча напарника, внимательно рассматривая огромное овальное помещение. У дальней стены в захвате яйцеклада располагалась королева. Огромная тварь, размерами превышающая атта.
Фильм даже близко не передавал мощи и размеров этого монстра! Огромная вытянутая голова с длинным гребнем-короной, мощный торс, массивные лапы, длинный, гибкий словно боевой хлыст яута хвост с костяным острием на конце. Воплощенная в черном монстре Смерть! Тварь шипела и билась, резкими рывками освобождаясь от яйцеклада. Помимо самой королевы, рядом сновали десять защитников улья - твари, мало в чем уступающие ятканде по голой мощи и живучести, и штук с тридцать обычных бойцов.
Хаф разложил арост и прильнул к прицелу.
- Выбивай бойцов. Я займусь защитниками королевы.
Хриплый голос вывел меня из ступора. Кивнув, я активировала пушку. Над плечом поднялось узкое рыльце р"кра, выходящего на боевой взвод. Практически беззвучный хлопок, скатившаяся со стены массивная тварь. Щелчок перезарядки. Я поймала взглядом быстро двигающуюся тварь, перед глазами мгновенно свелся треугольник прицела. Выстрел. Импульс буквально слизнул проворную тварь, а я уже переводила прицел на следующего урода. Рядом рявкнул р"кра: Хаф отложил арост, оказавшийся не особо эффективным против живучих монстров. Защитники королевы стремительно приближались. Хаф снял с пояса хлыст и спрыгнул с уступа, одним резким круговым ударом буквально выкосив яйца. Хлыст разложился на полную длину: девять метров смертоносного металла с острым билом на конце. А я продолжала стрелять, сбивая с потолка черных тварей. Королева ревела и шипела, закостеневшая слизь поддавалась, и еще немного, и огромная тварь освободится и нападет.
Мы едва успели: с протяжным ревом королева выдралась из плена яйцеклада и в два рывка сломала мешающие ей двигаться опоры, а последний защитник дымящейся грудой упал к ногам яута. Хаф быстро расчистил пол от коконов, сбивая мордохватов ножами. Королева встряхнулась, как псина, и медленно, крадучись, пошла на осторожно отступающего яута. А я только и успевала отстреливать хаггеров, выбравшихся из коконов из-за разгоревшейся возле них схватки.
- Что мне делать?
- Стреляй. - тихий ответ. - И не спускайся. Что бы не случилось - не спускайся!
Королева взревела и метнулась вперед, наклонив голову. Хаф подпрыгнул, зацепился хлыстом за выступ короны, рывком уводя себя с линии атаки. Огромная тварь оказалась ОЧЕНЬ проворной и ловкой! Мотнув башкой, она сбила движение яута, одним ударом лапы отшвырнув его к стене. Хаф вломился в стену и упал в кучу нераскрывшихся коконов, а у меня чуть сердце не стало, когда огромный монстр, взвизгнув, метнулся к нему.