– Вы хотите, чтобы она исчезла. Вы злитесь?
– Да.
– Что вы делаете, когда злитесь?
– Все, что могу.
– Например?
– Я заставляю его врать.
– Вот как!
– Мне это нравится.
– Вам нравится мучить других?
– Да.
– Кого вам нравится мучить?
– Ой, всех, кто ведет себя мило с Кеном.
– Значит, всех, кто ведет себя мило с Кеном? В основном мужчин или женщин?
– Не важно.
– Ясно, вы кого-нибудь уже обижали?
– Да, я ему устроил.
– Что вы сделали?
– Я ему устроил. – Стив рассказал о том, как устраивал Кену неприятности. Описав начавшиеся ссоры, он добавил: – Я ему устроил, когда он переехал в Калифорнию.
Доктор Уоткинс спросил Стива, что случилось.
– Не могу сказать, – был ответ. – Не могу. Вы расскажете Кену.
– Он не будет со мной разговаривать, так что можете сказать.
– Однажды ночью я был с ним, – пояснил Стив. – Он пошел к своему кузену Анджело. Анджело был с девчонкой… Кен вошел… вошел, когда Анджело ее убивал.
– Вошел, когда что?..
– Когда Анджело убивал эту девчонку.
Услышав столь ошеломляющее заявление, доктор Уоткинс понял, что надо копать глубже.
– И кто такой Анджело? – спросил он.
– О, один… один придурок, его кузен.
– Кузен?
– Да, и сработало просто замечательно, – заявил Стив и добавил: – Потом я часто заставлял его ходить к Анджело и… и принуждал думать всякие гадости.
– Например?
– Например, что в убийстве нет ничего плохого, потому что это все равно что отомстить матери, и я позаботился, чтобы он ничего не знал о происходящем.
– И многих он убил? – спросил доктор Уоткинс.
– Да, он… Я его заставил.
– Вы его заставили?
– Он думал, что во всем виновата его мать, и считал, что перед ним люди, которых он ненавидит.
– Да уж, вам удалось его одурачить.
– Еще бы, ведь потом он даже не мог понять, чту сделал и зачем.
– То есть… значит, он забывал обо всем, что совершил, так?
– Да, я не разрешил ему запомнить.
Магнитофонные бобины продолжали вращаться, фиксируя разговор, который для доктора Уоткинса стал поразительным свидетельством редкого душевного расстройства, а для наблюдавших за сеансом детективов – возможным примером изощренного мошенничества. При тщательном обыске дома, где жили Кен и Келли, полицейские нашли около полудюжины коробок с книгами по психологии. Раздвоение личности могло оказаться симуляцией, призванной представить подсудимого невменяемым и избежать высшей меры наказания за его деяния. Но даже если это симуляция, новая информация ошеломляла.
– Анджело, его кузен Анджело убивал людей и прежде; я понял, что у него это вроде как потребность.
– Да, но вы заставляли Кена участвовать в убийствах?
– Ну да. Как же я его ненавижу.
– И… и каким образом Кен убивал девушек?
– Ну, он убил всего нескольких, а с остальными помогал.
– Помогал с остальными. Вы хотите сказать, что они с Анджело действовали вместе?
– Да.
– Ясно. И все-таки как же он их убивал? Из пистолета или еще как?
– О, я заставлял его душить их.
– Значит, заставляли душить, ясно.
– Уж я ему устроил. Он даже и не догадывается.
– Он вообще ничего не знает, так что вы действительно его провели.
– Да уж, это я умею.
Уоткинс спросил у Стива:
– Так это дело ваших рук или Кена? Или вы просто заставляли его убивать?
– Я сам убивал, – с гордостью произнес Стив / Кен.
– Вы сами?
– О да, именно я.
Затем Уоткинс упомянул девушку по имени Карен, переводя разговор на убийство Мэндик и Уайлдер. Стив объяснил, что Кен и Карен были добрыми друзьями, и он решил им отомстить:
– Я заставил его замутить это дурацкое дело.
И Стив объяснил, что произошло.
– Я заставил его убить их, – сказал он, имея в виду беллингхемских студенток. – Я ему заявил, что именно из-за них умер его отец, – добавил он, смеясь.
Для полицейских детали преступления пока что выглядели слишком схематично, но дальше Стив заявил:
– Я положил девок… Я убил девок и положил их в багажник машины.
Он объяснил, что перенес их по лестнице наверх, а затем вывез на улицу. Кен вернулся гораздо позже, только когда обнаружил себя прогуливающимся по улице; он не помнил ни убийств, ни того, как он здесь очутился.
Разговор переключился на Лос-Анджелес, и профессор попросил вспомнить одну из убитых девушек.
– Та черномазая, – ухмыльнулся Стив. – Он подобрал ее в городе.
– Где?
– На Голливудском бульваре.
– А кто она такая?
– Проститутка. Шлюха. – Он добавил, что был с кузеном Анджело, они кружили в машине по улицам, пока женщина не перепугалась окончательно. Тогда Анджело велел от нее избавиться. Еще Стив назвал фамилию Анджело Буоно, его глендейлский адрес и род занятий – владелец мастерской по перетяжке автосидений.
– Хорошо вы разобрались с Кеном, – заметил доктор Уоткинс.
Стив рассмеялся:
– Он такой болван. Вот бы от него вообще избавиться. Вот бы избавиться.
– Что вы имеете в виду? Вы хотите существовать отдельно от него?
– Он не отпускает, понимаете? То есть не до конца. Не так, как мне хочется. О да, я очень даже хочу существовать отдельно.
– Как это?
