— Эм… я принёс бумаги которые…
— Стоп! — новый директор тут же остановил меня, — Почему я не знал об этом?
— Эм… Я особо не хотел выделятся, — покачал я головой.
— Это конечно мудро, но немного безответственно. Вообще-то, чтобы вы знали молодой человек, обучение военного бесплатно и более того, обучение члена специальных групп, даёт учебному заведению ряд льгот и наполняет бюджет, который в свою очередь идёт на студентов.
— Прости, но оно мне что-то даёт? — улыбнулся я.
— А вот это абсолютно правильный вопрос! — директор даже не обиделся на мои слова.
— Например, поблажки в сдаче неосновных экзаменов и освобождение от всех олимпиад.
— А есть ли вариант, чтобы сдать экстерном?
— Экстерном… хм…
— Степан! — старший окликнул задумавшегося брата.
— Да погоди ты… хм… ну по идеи можно, но только после окончания сессии, то есть через шесть месяцев. А вы уверены в своих знаниях, молодой человек?
— Он мой ученик, — произнёс профессор который расположился на кресле.
— Погодите, так это тот самый ученик?
— Именно, — подтвердил мой учитель.
— Значит ученик самого Игнатенко и вдобавок военный, причём специального отряда глубинной разведки?
— Он ещё и командир отряда если что, — хмыкнул Игорь.
— Так, очень-очень интересно. И я вообще не в курсе, — Степан злобно посмотрел на стол с бумагами.
— В общем, мне надо идти, так что сильно не буйствуй хорошо?
— Иди уже, — махнул рукой Степан.
Мы же остались в кабинет, где нас начали расспрашивать. Все разговор прошёл где-то за полчаса и вы итоге мы остались довольные друг другом. Правда пришлось немного открыть свою «работу», а всё потому, что учёба военного в гражданском учебном заведении давала очень много «плюшек» самому заведению. И тут даже не дело в увеличенном бюджете, а скорее в открытие ранее недоступных возможностей. Так уж повелось, что если военный идёт обучаться, причём не простой уволенный с армии, а находящийся на службе как минимум пять лет (горячие точки идут только в плюс, а на Стенах и вовсе умножаются), то финансирование такого заведения увеличивают и предоставляют новые возможности. Например, могут оплатить тур группы в какую-либо страну, так как учитель истории хочет наглядно показать и рассказать находясь непосредственно перед памятником культуры, где-то в Гаардине (Греция). Ну и так далее по наклонной. Понятное дело, что и зарплата учителей увеличивается, как и их возможности.
Военных в этом мире любят и уважают, а разведчиков и охотников вдвойне. К тому же, как бы это не звучало, после прорыва, всем военным высказывают уважение. Кстати, на фоне прорыва, у разведки сначала упала репутация, дескать как так, пропустили гады! Но после освещения всех фактов, репутация метнулась ещё выше, так как вины разведки не было. Они-то отработали как обычно, а вот защита города не справилась с потоком нежити. Впрочем, половина людей которые были виновны в прорыве, покончили жизнь «самоубийством», а остальных спрятали в одиночных камерах.
Обобщая могу сказать, что военные вновь на коне и сейчас им очень много разрешается. Конечно если я пойду воровать и убивать гражданских, меня тут же прибьют, но вот в некоторых вопросах, таких как например, сдать экстерном экзамены в серьёзном университете, — без проблем.
Новый директор, кстати мировой мужик без всякий загонов и дворянской спеси (если, что он дворянин причём его род стоит где-то на тридцатом месте, а его старший брат и вовсе боевой магистр), легко согласился на мою просьбу, но перед этим я переписал заявление на поступление, добавив пункт о прохождение военной службы. Причём на его вопрос, а почему не поставил срок окончания службы, я ответил, что до сих пор являюсь действующим командиром СОГРа.
Это заявление, заставило директора притормозить нас и дополнительно угостить чаем с печеньками. А ещё Степан Петрович каким-то неведомым мне способом уговорил моего учителя дать несколько лекций в университете. Олег Наумович попытался отказаться от столь высокой чести, но директор тут же вытащил джокера. Оказывается, что фото Игнатенко расположено в зале славы актовом зале, мол те люди на которых вы должны равняться. В общем, он уговорил и моего начальника юридического отдела.
Выходили мы из кабинета директора довольные друг другом. У меня есть официальная бумага о сдачи экстерном в июле и послабления в виде спокойной отлучки с урока (мало ли что произойдёт). А у директора в свою очередь, лекции Игнатенко, которые если что даже разбирают на уроках, дополнительные поступления в бюджет университета и некоторые преференции от Империи.
Кстати Олег Наумович хоть сначала и отказывался вести лекции, но потом все же согласился. У него был перерыв и он особо не занимался своей работой, отдав всего себя, своей дочери, но теперь когда ребёнок немного подрос он может вновь включится в «игру». А лекции полезно вести, так как иногда студенты что-то такое спросят, а ты это намотаешь на ус.
