Химеролог (СИ) полностью

Я почувствовал умиротворение.

Зачерпнув пригоршню снега, обтёр лицо и направился в сторону приюта.

Я жив а они умерли. Я оказался сильнее.

Приютская жизнь жестока, но я постараюсь не стать скотом как эти трое.

Обещаю.

Поведенческие программы могут накладываться на химеру без желания модификатора. Снимать программы, либо переписывать их, может только наложивший, либо химеролог высокого уровня знаний и умений. Слом программ приносит химере дискомфорт, разрушая саму структуру духа химеры, что часто приводит к её разрушению и смерти, либо к необратимым, непредсказуемым и часто неприятным последствиям. Действие программы и вероятность слома зависит также от разумности химеры. Неразумные и полуразумные химеры реже сталкиваются с проблемой слома программ ввиду невозможности осознания. Осознание же разумными химерами программ часто приводит к явлению диссоциации химер. Явление представляет собой расхождение программ и личных желаний и убеждений химеры, что провоцирует глубокий и зачастую неразрешимый конфликт в духе химеры, часто приводящий либо к слому программ, либо к неадекватному поведению химеры, вплоть до суицида с целью прекратить конфликт. Помимо этого разумные химеры, осознавая программы, способны зачастую вычислять словесные формулы и находить пути обхода, тем самым избегая и слома, и диссоциаций, но доступно подобное только химерам второго порядка со свободной волей.

В кабинете сидела Илла. Просматривала донесения осведомителей. Порой обмакивала надкусанное перо в чернильницу и делала пометки на пергаментном листе. Тяжёлая работа. Из груды домыслов, умозаключений, предположений и обрывков подслушанных разговоров, выбрать, вычленить действительно важное нужно постараться. Шем бы побрал этих сочинителей.

Девушка отложила перо и помассировала виски. Сама выбрала службу. Ни на один миг она не сомневалась в правильности сделанного. Осознание что ты действуешь на благо родины, давало чувство глубочайшего удовлетворения.

В дверь постучали.

— Входите, — разрешила положив руки на стол.

В щель проскользнул мужчина. Невысокий и тщедушный он напоминал крестьянина с полей. Увидишь такого в толпе — не обратишь внимания. Только чёрные умные глаза хитро блестели на изъеденном оспой лице. Впрочем человек редко показывал истинное лицо, чаще всего он носил маску тупого недалёкого простолюдина.

— Что у тебя Вьер? — устало спросила Илла.

Мужчина посмотрел на осунувшегося командира. Последние два месяца выдались напряжёнными, беготня по городу, расследования и недовольство командиров приводили к бессонным ночам. На отдых не хватало времени. Работали на пределе сил.

— Зацепка, госпожа Илла. При обыске дома джента Таола, обнаружили договор на его имя с неким господином Раллио из CCК.

— Схватили его? — подалась вперёд Илла, — что говорилось в записке?

— Он умер, — помрачнел Вьер, — но кое-что нарыли. Слуги рассказали что к дженту ходило множество людей. Некоторые одарённые. Выяснил места которые он посещал. Если распорядитесь — выделю людей для расследования. Нужно успеть пока они не затаились.

— Как он мог умереть? — тяжело посмотрела на Вьера Илла, — вы что, его сразу взять не могли? Договор железное доказательство вины.

— Как? — развёл руками мужчина, — обыск проводился тайно. Вы сами на этом настаивали. В это время парень кутил с друзьями. Что касается смерти… Целители говорят это отравление. Экзотический яд, против которого не нашлось снадобья.