– Позвольте провести интервью, – вежливо попросил он, а затем, не дожидаясь ответа, обратился к Катарине: – Можете идти обедать, я закончу тут.
Та улетела, будто птичка, которую кто-то спугнул с ветки.
– Итак, Софи… – произнёс Давид, присаживаясь на край стола.
Она скрестила ноги, сжала длинные пальцы в замок и лучезарно улыбнулась.
– Вы, полагаю, видели меня раньше? Ведь вы в «Нейме» уже три месяца, не так ли?
Она кивнула.
– Да, доктор Сезар, я, конечно, видела вас раньше, – растягивая слова, произнесла она низким соблазнительным голосом.
– Но, возможно, не знаете меня достаточно хорошо.
Она вопросительно подняла тёмную бровь. Затем, чуть сощурившись, заметила:
– Это довольно странное интервью. Я думала, вы захотите узнать о моих трансформациях или…
– Мы дойдём до этого, Лотти.
Он внимательно наблюдал за её реакцией, которая оказалась почти идеальной. Ей не хватило совсем чуть-чуть выдержки, в самом начале. Всего лишь вспышка удивления пополам с испугом, которую она быстро скрыла за наигранным возмущением.
– Меня зовут Софи. Шарлотта, насколько я знаю, приходила раньше. Но, вообще-то, у нас есть специальное время, выделенное для…
Она встала, намереваясь пройти мимо Давида, но он вовремя спрыгнул со стола, преграждая ей путь.
– Если бы ты знала меня немного лучше, то была бы в курсе, что я ничего не забываю.
Дыхание Софи было глубоким и в то же время частым, что выдавало её волнение.
– Учитывая, что ты обладаешь способностью трансформировать человеческий облик, думаешь, я стал бы смотреть на лицо? Впрочем, ты оказалась достаточно умна, чтобы изменить и фигуру. Но оставила без внимания незначительную, на твой взгляд, деталь.
Она смотрела на него, стараясь сохранять бесстрастное выражение лица, и ждала, что он скажет дальше. Все это выдавало её с головой.
– Ключица, моя дорогая, – с приторной любезностью произнёс Давид. – Довольно глубокий изгиб и, кажется, перелом в прошлом?
Несмотря на ласковый тон, Давид с трудом сдерживал ярость. Он был уверен, что нашёл Лотти, но не знал, что делать с этим дальше. Требовать извинений? Смешно. Будто он – девица на выданье, которую поцеловал пьяный офицер.
Впрочем, он с удовольствием отметил, что в глубине тёмных глаз мелькнуло раздражение, отразившее его чувства. Будто бы не зная, куда себя деть, Софи коснулась шеи, провела пальцем по ключице и поймала золотой кулон. Принявшись нервно вертеть его, она ответила:
– То, что вы говорите, доктор Сезар, не имеет никакого смысла. Но, как уже сказала, предлагаю продолжить разговор в специально отведённое для исследований время. Приходите днём в экспериментальный корпус. А сейчас я спешу, и если вы снова попытаетесь остановить меня, напишу жалобу о харассменте.
Он стиснул зубы и уже в спину ей бросил:
– Объясни, какого чёрта тебе было нужно?
Она открыла дверь.
– Почему ты сбежала? – почти отчаянно воскликнул он, чувствуя себя полным идиотом.
Софи ушла, каблуки отстукивали злой ритм в полупустой лаборатории. Давид ударил кулаком по столу, сдерживая себя от того, чтобы смести на пол все пробирки с кровью.
За такое уборщица его не простит и переставит в кабинете всю мебель.
Уже позже, вечером, Давид задумался: как же Софи удалось украсть ключ из его кабинета? Проникнуть незамеченным в лабораторию не так-то просто.
Возможно, у неё был сообщник среди сотрудников? Давид стиснул зубы. Марта…
Неделя выдалась непростая. Карина Брасс требовала провести новые опыты, для которых не было ни оборудования, ни специалистов. Обратиться в постороннюю организацию они не могли, поэтому Давиду предстояло не только подготовить лабораторию, но и оформить десятки документов: инструктажи, описания методов исследования и технологических процессов, критерии оценки результатов. Что хуже всего – он «предвкушал» общение с отделом закупки. А их основная задача, как он считал, была в том, чтобы доказывать нецелесообразность (как они любят это слово!) затрат, доводя коллег до бешенства. Именно поэтому скромные нужды А-18 Давид обеспечивал за счёт нервных клеток своих подчинённых. Уж лучше иметь дело с медленно соображающим Фантэ, чем с закупщиками!
Мысли о Лотти, разумеется, тоже не покидали его. Сначала Давид строил планы мести. Затем думал просто подойти и поговорить. Он хотел, чтобы Софи хотя бы признала, что была той самой девушкой, и объяснила свои мотивы. Если она так тщательно скрывала, что являлась Лотти, возможно, шантаж не входил в её планы.
Но пока он пытался разобраться с задачей от Карины, прошло три дня, и стало как будто бы поздно выяснять отношения. Пауза затянулась, и теперь казалось истеричным решение явиться в экспериментальный корпус и стоять у Софи над душой, пока она не скажет правду.
Хорошо, что он так не сделал. Эмоции поутихли. Давид был готов отпустить ситуацию.
Пока не произошло кое-что ещё.
Тем утром забарахлил аквадистиллятор, и Давид быстро выяснил, что дело было в накипи на ТЭНах.
– Почему не почищены? – спросил он у сотрудников. – Фантэ!
– Не я ответственный, доктор Сезар! В этом месяце дистиллятор на Михельсон.
