– В районе Поксварте, – сказал Махмуд. – А до этого – Макленбург.
– Будь прокляты ваши черные глаза! Не то чтобы это имело значение, что значит научное соперничество для таких, как вы? Если уж вам хочется знать, мне рекомендовали осмотреть месторождения некоторых минералов, абсолютно неприбыльные, как это часто бывает, в целом бесполезная трата времени.
– Вы лжец. – Свенсон взвел курок револьвера. – Что вы для него делаете?
– Для кого?
– Роберта Вандаариффа.
– Ваша униформа и голос, сэр, подсказывают, что вы иностранный солдат. Я – патриот. Вы можете выстрелить мне в сердце – угрозы ничего для меня не значат. – Труст принял благородную позу, а потом вдруг захихикал. – Откровенно говоря, если бы мне пришлось нарушить слово, министерство наказало бы меня весьма жестоко…
Свенсон ударил профессора по лбу рукояткой револьвера. Труст с криком упал. До того как он успел закатиться под стол, доктор вытащил его на пустое место.
– Махмуд, положите миссис Крафт на стол.
– Но каковы ваши намерения? – скулил Труст, прижав толстые руки ко лбу. – Мне жаль, что эта женщина больна, но я не врач…
Свенсон поискал глазами Франческу. Девочка стояла и смотрела на небольшое отгороженное помещение у дальней стены.
– Что это за комната? – спросил Свенсон Труста.
– Литейная.
– Для чего ее используют?
– Чтобы плавить металлы, для чего же еще?
– Есть ли в ней внутренняя дверь, выходящая в коридор?
– Конечно, нет…
Франческа закашлялась и села на деревянный ящик. Ее губы потемнели и были мокрыми. Труст с трудом встал на ноги.
– Это чума?
– Нет. Махмуд, не могли бы вы сделать так, чтобы профессор не сбежал? – Свенсон направился к девочке. – Что ты помнишь, Франческа?
Маленькая девочка застонала, как будто вредоносные процессы, происходящие в ее теле, мешали говорить.
– Постарайся закрыть глаза. Воспоминания будут не такими яркими…
Она покачала головой и захныкала.
– Я не могу, не могу не смотреть.
Свенсон обернулся и обнаружил, что Труст приблизился.
– Она больна благодаря гению вашего хозяина. Ее погубил тесный контакт с синей глиной.
– Синяя глина?
– Не притворяйтесь, будто не знаете о ней.
– Напротив… – Труст изучающе разглядывал Франческу, как лиса смотрит на выпавшего из гнезда птенца.
Подчинившись приказу Махмуда, профессор помог положить миссис Крафт на стол. Дама оставалась безмолвной и глядела на высокий конический потолок, напоминавший огромный пчелиный улей из кирпича.
Свенсон вытер рот Франчески носовым платком и вложил его ей в руку.
– Как только это закончится, у тебя будет всё. Ты вернешься домой, и будешь там в безопасности с твоими братьями, и получишь сколько угодно пирожных…
Франческа слабо кивнула, но так побледнела, что было понятно: не стоит больше упоминать еду. Состояние девочки явно ухудшилось, лаборатория дурно повлияла на ослабленный организм. Это не могло долго продолжаться.
– Нам нужно подключить аппараты, – сказал Свенсон Трусту. – Вы будете следовать инструкциям девочки.
– Слушаться ее?
– Именно.
– Какой дерзкий план. Наверняка у нее особые знания… можно только догадываться…
Свенсон проигнорировал его и начал громко описывать все находящиеся в лаборатории устройства так, чтобы услышала Франческа.
– Медные провода подсоединяют каждое устройство к контактам в основании стола и проходят внутри прямоугольных контейнеров…
– Тиглей, – вмешался Труст.
Доктор посмотрел на Франческу, которая кивнула, ковыряя в носу. Свенсон продолжил:
– Другие провода тянутся от тиглей к столам и шлангам, подсоединенным к телу пациента – нет сомнений, что у каждой точки контакта есть особый эзотерический смысл, а также к маске… – Маска висела на крюке и была сделана из прорезиненной ткани на металлическом каркасе. – Ток проходит через шарик из синего стекла внутри тигля. Я предполагаю, что их у вас достаточный запас?
Вопрос был адресован Трусту. Профессор утвердительно кивнул, добавив заговорщицким шепотом:
– Лорд Вандаарифф уверял, что других исследований на эту тему нет.
– Он – лжец. И вот что я вам скажу: каждый человек, исследовавший синюю глину, заплатил своей жизнью. Грей, Лоренц, Фохтман и сам граф д’Орканц – все они мертвы.
Труст пожевал губами и пожал плечами.
– Вы знали?
– О да. Лорд Вандаарифф был вполне откровенен. Но, когда я узнал подробности о неудачах каждого из них, я понял, что мои собственные усилия…
Доктор Свенсон покопался в кармане мундира и достал один из стеклянных дисков. Он бросил его в Труста. Диск без всякого вреда ударился в грудь профессора и упал на его ладонь, защищенную перчаткой.
– Упакованы в каждую бомбу, взорванную в городе, – объявил Свенсон. – Их тысячи. Я полагаю, вы догадываетесь о происхождении стекол.
– Но это нелепо…
– Посмотрите в него, профессор!
Повинуясь крику Свенсона, Труст поднес синий диск к глазам. Неприятная ухмылка появилась на его губах. Прежде, чем злоба, заключенная в стекле, полностью завладела профессором, Свенсон отобрал диск.
– Доктор!
Проследив взгляд Махмуда, Свенсон похолодел от ужаса. Из литейной мастерской донесся звук отпиравшегося засова.
