Труст побледнел, миссис Крафт улыбнулась, заметив это, и больше говорить о насилии не потребовалась. Та легкость, с которой она вмешалась, казалось, пришла из другого мира, такого же недостижимого для Свенсона, как возможность испытать удовлетворение от успешного излечения миссис Крафт. Доктор спрятал револьвер и надел лямку кожаного футляра на плечо. Он поднял Франческу и поковылял к двери.
На этот раз высота лестницы не мешала доктору думать, потому что его отвлекли размышления о том, что делать дальше. Они собрались на верхней площадке. Все, кроме Махмуда, тяжело дышали. Свенсон приложил ухо к двери, но ничего не услышал.
– Если часовой вернется, мы должны будем затащить его внутрь и сбросить с лестницы, чтобы он не поднял тревогу. Если же он не вернется, я предлагаю бежать к тому окну, через которое мы попали сюда…
– Нас заметят с крыши. – Это была Маделин Крафт. Она сказала это спокойным тоном, но Свенсон понял, что сморозил глупость.
– Тогда я брошусь к воротам. Пока они окружают меня, Махмуд побежит к окну с вами и с ребенком.
– Они застрелят вас, а потом перестреляют и всех нас издалека. Что тогда будет с вашей миссией? Или с нашей местью?
Свенсон не мог думать. Он не мог глядеть на девочку. Он ощущал неровную поверхность деревянной двери, к которой прижимался лбом.
– Готов выслушать ваши предложения.
– Я пойду с профессором. Его здесь знают, и, если заметят меня, их реакция не будет враждебной, по крайней мере сразу. Если он меня предаст, я его зарежу. Махмуд!
Молча, но на виду у Труста Махмуд передал женщине короткий нож в кожаных ножнах. Она схватила его и ловко повернула, так что его нельзя было отличить от сложенного веера. Махмуд открыл дверь и спрятался.
Свет ослепил Труста и миссис Крафт, и на какое-то мгновение они застыли в неподвижности.
– Господь на небесах! – выдохнул профессор. – Мои комнаты… мои записи… О, небо!
Труст побежал. Свенсон с Махмудом бросились за ним, но миссис Крафт остановила их своей рукой.
– Отпустите его – смотрите!
Они увидели, что все крыло института затянул дым, а портьеры были охвачены яркими языками пламени. Свенсон обменялся виноватыми взглядами с Махмудом: как такое могло произойти от их диверсии с дымом? Но потом их внимание привлек треск выстрелов. Труста заметили, и около его ног пули, визжа, вырывали клочья травы. Подняв руки над головой, профессор добрался до дуба и укрылся под ним. Свенсон видел силуэты часовых над воротами, но кто же отдал приказ стрелять внутри двора в человека, которого они должны были узнать?
Он перевел взгляд на ворота. Стальная решетка была опушена, а на полу под каменной аркой лежали мертвые тела… что за нападение заставило стражников закрыть вход? Были ли это люди из города?
Махмуд тряс руку Свенсона:
– Слушайте!
Он не услышал ничего, кроме криков пары работников института, пытавшихся погасить огонь – пожар был им явно не по силам. Он увидел людей, метавшихся в пламени, и тех, кто пытался спасти свои пожитки, но не знал, куда бежать. Еще больше было таких, кто, подобно Трусту, стоял во дворе и не решался двинуться, боясь, что начнут стрелять. Несколько солдат целились в них, но большинство смотрело в другом направлении: на улицу… и тогда Свенсон услышал то же, что и Махмуд: адский рев толпы, бесновавшейся за воротами. Они пытались штурмовать институт! Возможно, пожар распространился из города?
Пуля отколола кусок кирпича над его головой. Их наконец заметили. Доктор бросился вперед, держа на руках Франческу.
– Мы попадем в ловушку! Быстрее!
Он повернул налево, огибая здание, чтобы укрыться от стрелков. Через мгновение Махмуд и миссис Крафт присоединились к нему.
– Я не понимаю, – сказала она запыхавшись. – Им приказали не выпускать людей из ворот и не впускать тех, кто снаружи!
Часть горевшего крыла обрушилась, взметнув столб искр. Новые языки пламени вырвались из открывшегося проема.
– Институт сгорит! – прокричал Махмуд. – И все прилегающие к нему здания…
– Нам нужно выбраться отсюда, – ответила миссис Крафт. – Я должна убедиться, что мои люди в безопасности.
Срикошетившая пуля заставила их двинуться дальше вдоль стены: по крайней мере один стрелок поменял позицию, чтобы было удобнее в них целиться. Свенсон увидел, как Труст выскочил из укрытия и побежал к проему в стене. Он решительно устремился за ним, держа Франческу на руках. Если уж кто и знал, как выскользнуть отсюда через какую-нибудь крысиную нору, так это был такой хитрый проныра, как Труст.
Пули свистели в ветвях деревьев над головой, но, возможно из-за дыма, ни одна из них не попала в цель, и он добрался до проема в стене. Труст пропал, но дверь, за которой он исчез, осталась открыта. Свенсон вбежал в нее, и его окружил хаос: вокруг сновали одетые в черные мантии ученые с коробками, саквояжами, футлярами для образцов. Доктор заметил в толпе Труста и бросился за ним, пробиваясь через толпу.
Махмуд прокричал, перекрывая гам:
– Он не выведет нас наружу! Он хочет забрать свои бумаги…
