— Во-первых — я тебя предупреждал, а во-вторых — стоимость порванных вещей снизил размер твоего долга передо мной, я не собираюсь снимать с себя ответственность за это. Завтра придет твой учитель, у тебя месяц на уроки.
— А потом? — вкрадчиво поинтересовалась Оливия.
— А потом — мы переезжаем в другой город, — с этими словами Шу покинул шатер.
Оливия еще какое-то время изучала шатер, где исчез Шу, но потом вернулась к мешку, а точнее к изучению его содержимого, ведь оделась она в то, что было сверху. Особого разнообразия тут не было, возникло ощущение, что Шу перебрал весь ее гардероб, так как набор вещей не походил на случайный: три рубашки, две юбки по колено, двое простых штанов, три платья, считая надетое, четыре пары сменного белья, майка с тренировочными шортами и легкая кофта. При этом все спокойное, подходящее друг к другу и ничего экстремального. Дома у Оливии были и полупрозрачные блузы, короткие юбки и еще более короткие шорты, весьма провокационное белье, обтягивающие лосины и другие радости. Нет, она не часто позволяла себе носить такую одежду, но если была возможность и подходящий случай, то почему бы и нет, ну и как не соблазнить своего собственного молодого человека, ну… когда он был. А тут все было хоть и хорошо подобрано, но никакой провокации.
— Ну вот объясните мне, — вырвалось у Оливии вслух, — Если он хочет видеть меня такой развратной в танце, то почему одежду подобрал, как для монашки! И вообще какое право он имел рыться в моих вещах!!
На последних словах девушка сорвалась в истерику, осознание, что с каждой минутой ее жизнь контролируют все больше, убивало. Она раскидала вещи по полу, пару раз ударила рукой по шесту, что стоял в центре, но было слишком больно, от чего слезы потекли еще больше. Тогда она выскочила наружу и направилась было найти этого нахала, как ее крепко обхватили чьи-то руки.
— Отпустите! Отпустите меня! Я ему сейчас все выскажу! Все! И волосенки его повыдергаю!! Пустите!!
Девушка извивалась в руках охранника, что дежурил у ее шатра, а тот лишь аккуратно занес ее внутрь.
— Тише, тише, — низкий мужской голос пытался успокоить девушку, — Вот сейчас передохнешь и пойдешь куда хотела.
— Нет! Я сейчас! Сейчас! Я!!! — Оливия снова разрыдалась от бессилия.
Ее аккуратно посадили на кровать, ведь мужчина почувствовал, что девушка перестала сопротивляться, при этом поглаживая по голове, как маленькую девочку и говоря какие-то утешительные слова. Его напарник мигов оказался рядом и протянул сидящей девушке стакан с водой. Оливия опрокинула его залпом, после чего попыталась пойти на второй круг и вырваться из своего окружения. Но ее опять мягко подхватили, как только девушка вскочила с кровати, и мягко удерживали, пока сонные капли, что были в воде, не начали действовать. Уже присмиревшую девушку уложили на кровать и даже накрыли перед тем, как уйти. Оливия как сквозь вату услышала слова охранников:
— Эх, жалко девчонку, такая симпатичная, и не скажешь, что с головой проблемы, — более молодой голос явно сочувствовал девушке.
— Это все цветы феяны, — ответит его напарник, — У нее видать их непереносимость, ведь другие уже отошли бы от его воздействия, а она вроде и проснулась раньше, а видишь, не до конца отпустило.
— А разве золотые драконы не регенерируют лучше?
— Да, но аллергии еще никто не отменял, видимо она как раз из таких. А может из блаженных, от того и приступы случаются. Не зря же ей и шатер отдельный, и охрану приставили, заботиться о ней господин Шу.
— Нет у меня никакой аллергии, если только на самого Шу, — пробормотала девушка, прежде чем провалиться в сон, вот только ее никто не услышал.
Учитель по танцам оказался человек: женщина лет сорока пяти, подтянутая, но не такая сухая, как Церая, а с весьма женственной фигурой, так что жердью ее язык не поворачивался назвать. И уж она была весьма привлекательна, так как мужское население цирка, и часть женского, провожали ее восторженным взглядом. Мадам Лавье, как она сама представилась, не обращала на окружающих внимания, сразу же сосредоточившись на своей ученице. Заставив Оливию сделать несколько телодвижений, после подошла поближе и сама покрутила девушку так, что драконица не успела понять, как оказалась в прогибе.
— Ну, не самый плохой вариант, — выдала мадам Лавье, — Возраст не самый подходящий для начала танцевальной карьеры, но задатки есть. Хотя придется постараться, чтобы вытащить из тебя твой танцевальный талант.
— Может быть тогда просто скажете Шу, что я не способна к танцам и не будем мучить друг друга? — Оливия попыталась мягко отделаться от всего, что ей тут было уготовано.
