— У вас женщина под кроватью?! — ужаснулась та, прижимая ладонь к губам. — Поди ещё и мёртвая!
— Нет, полностью высушенная и готовая к употреблению, — Бальт открыл перед ними дверь, ведущую в самую большую комнату этого дома. Там стояли напротив друг друга два полукруглых кожаных диванчика белого цвета, между ними был стеклянный столик, на котором находились несколько высоких стаканов, бутылка виски в ведре со льдом, различная закуска на любой вкус. Приоткрытые окна открывали вид на просторный балкон с несколькими удобными креслами, в углу помещения стояло фортепиано, на крышке которого была ваза с гордой красной розой.
— Какая красота! — выдохнув, ахнула девушка, не замечая, как легонько улыбнулся архангел, а в глазах француза загорелась гордость. — И как тебе не скучно в таком огромном доме?
— Ох, юная мадемуазель Мелани, — шмыгнув носом, начал Бальтазар, опускаясь на диван в полной печали. — Вы даже не представляете насколько мне одиноко! Порой даже жить не хочется!
— Да и поэтому он не первый раз пытается утопиться в виски, и вскрыть себе вены ложкой, — закатив глаза, прохихикал глашатай, разливая напитки по стаканам. Себе он налил того самого виски, а вот своей спутнице всё-таки налил виноградового сока. Почему-то ему совершенно не хотелось, чтобы охотница напивалась, почему-то это впервые показалось ему мерзким и непристойным. Удивившись таким мыслям, архангел решил, что пора бы сменить обстановку. — Может уже начнём?
— Я всегда готов! — тут же подхватил Бальтазар, поднимая свой стакан. — За прекрасную мадемуазель Мелани!
Винчестер смущённо улыбнулась и сделала глоток сока, ощущая, что сегодня её душа пребывает в умиротворении. Давно такого не было.
А дальше последовали множественные весёлые и увлекательные истории. Девушке показалось, что от смеха её линия жизни удлинилась ещё как минимум на лет десять. Она не переставала утирать рукавом кофты выступающие слёзы и жаловаться на боль в животе. Каждый раз, когда Бальтазар начинал новую историю из их жизни, Гавриил вставлял свои совершенно неуместные фразочки, переводя тему в совершенно в другое русло или заканчивая совсем не так эпично, как хотелось бы французу, делая из истории нелепую комедию, порой наполненную чёрным юмором.
— А что насчёт вас, Мелани? — поинтересовался Бальт, залпом выпивая свой напиток. Шатенка опустила взгляд на свои руки, вспоминая прошлую жизнь. На душе стало как-то грустно и даже тяжело, словно она вновь ощутила за собой до сих пор тащившийся балласт. Заметив резкую перемену в настроении, ангел решил тут же сменить тему: — Гейб показывал тебе свои крылья?
Сидящий рядом глашатай подавился и закашлялся. Блондин любезно похлопал брата по спине, усмехаясь.
— Нет. А должен был?
— Ну, он любитель позировать. Да?
— Чья бы корова мычала.
— Ой, да ладно, девочки, не ссорьтесь, — Мелани откусила яблоко.
— Она такая милая. Клад просто, — хмыкнул Бальтазар.
— Да. Закопать бы, — поддержал брата, Гавриил и увернулся от летящего в него недоеденного яблока. Глашатай рассмеялся и, схватив рядом лежащую подушку, запуская её в Мелани. Но вместо назначенной цели «ядро» попала в стоящую в углу высокую вазу. — Ой.
— Это всё, что ты можешь сказать?! — подорвался Бальтазар, рассматривая осколки. — Как это теперь починить?!
— Да ладно тебе, Бальти, — девушка засунула в рот чёрную ягодку винограда.
— Это ваза стоит, как твоя печень!
Уже ближе к девяти часам вечера команда успокоилась и умастились в гостевой. Эта комната была поменьше, но не менее уютной. В ней витал успокаивающий запах зелёного чая с ромашкой, вместо двух белых диванчиков стоял один, он был большой и на нём спокойно умещались трое. По всему паркету был расстелен бежевый ковёр с большими белыми узорами, широкие окна прикрывались дорогими ажурными занавесками кофейного цвета. На стене висела плазма, вещающая свежие новости, ведущая говорила негромко, но чётко поставленным голосом, рассказывая об ограблении банка неизвестной бандой. С двух сторон стояли высокие стеллажи, на полках которых покоилось множество различных книг, в самом дальнем углу возле окна стоял высокий цветок, на его широких листах сидела залетевшая бабочка с жёлтенькими крылышками. Она мирно покачивала ими и, кажется, совершенно не планировала улетать со своего места.
— А ты к ней привязался, — Бальтазар вдохнул в себя побольше дыма из трубки кальяна и через пару секунд выдохнул целое густое облачко. — Это заметно, — на его губах расцвела довольно-хитрая усмешка.
— Будто ты нет, — глашатай опустил взгляд на свои колени, где удобно умостилась голова тихонько посапывающей Мелани. Он осторожно, чтобы не разбудить поправил свою кожаную куртку на её плечах. — Сам же к ней пришёл.
— Ох, эта мадемуазель Мур-р слишком интересная личность, — махнул рукой Бальт. — К тому же, в ней зреет новая жизнь. Было бы слишком жестоко оставить её сейчас одну без присмотра.
