Ноги тряслись при каждом шаге. Чем ближе, тем было тяжелее: тело словно наливалось свинцом и невидимые путы натягивались всё сильнее. Мысли путались, превращаясь в настоящий огромный запутанный клубок. Из кабины перевёрнутого грузовика пытались достать водителя, который каким-то чудом остался жив. Дин и ещё несколько людей вместе со спасателями пытались вытащить мёртвую девочку. Не так далеко от место аварии Мелани слышала воющие крики безутешной матери, а она сама была просто не в силах отвести взгляда от окровавленного тела. Ребёнок лежала в собственной луже густой крови и казалось, ещё немного и она просто утонет в этом кровавом озере. В её светло-карих глазах застыл неподдельный ужас, который теперь навеки останется с ней.
— Так осторожно, — полноватый мужчина опустился на одно колено и просунул свои жилистые руки под тонкое тело. Диперси вздрогнула, когда голова девочки внезапно и как-то слишком резко повернулась к ней. Мало того, что теперь всем стали видны части пробитого черепа с торчащими наружу кусками повреждённого мозга, так ещё остекленелые глаза смотрели на неё. Мелани казалось, что она спрашивала её: Почему я? Где мама?, но, к сожалению, ответов девушка не находила. Шатенке уже не терпелось покинуть злополучное место.
— Не смотри, — Винчестер подошёл к застывшей девушке и встал перед ней, закрывая ей вид на обезображенный труп. Дин взглянул на свои измазанные руки и сквозь зубы выругался, достав из кармана брюк платок, он постарался оттереть присохшую кровь и какую-то ещё прилипшую грязь. — Поехали. Больше мы ничем помочь не сможем.
Мелани заторможено кивнула. Её ноги словно вросли в асфальт, а разум внезапно отключился. До неё не сразу дошёл смысл слов охотника. Она вышла из странного транса лишь тогда, когда Дин несколько раз пощёлкал перед её лицом пальцами.
— Хьюстон, приём-приём!
— Ась?
— Поехали уже домой, — тяжело выдохнул мужчина и похлопал шокированную девушку по плечу. Та согласно кивнула и перед тем, как проследовать за ним, всё же ещё раз задержала задумчиво-печальный взгляд на луже крови, которой, как ей показалось, стало только больше.
***
В бункере их ожидал Кас. И по выражению его хмурого более чем обычно лица, стало понятно, что случилось что-то не самое приятное. Ангел рассказывал охотнику про выросшее число заболевших в соседнем штате и что там уже ввели карантин. На всё это Мелани не стала зацикливать своё внимание. Её тело уже изнывало от смертельной усталости и поэтому, бросив сумки возле лестницы — направилась в свою комнату, чтобы забыться крепким сном.
Голова коснулась немного жёсткой подушки и из груди вырвался облегчённый выдох. Наконец-то можно было передохнуть. Закрыв глаза, она постаралась представить, как она дома готовит очередную выпечку и даже постаралась вспомнить ароматный запах, который очень быстро наполнял собой дом, придавая любимому месту ещё более уютный вид. На подоконнике на кухне стояли распустившиеся фиалки, они не могли не радовать глаз. Как же прямо сейчас хотелось очутиться дома!
От созерцания собственных фантазий её отвлёк неприятный стук. В начале Мелани подумала, что к ней без спроса, как это было пару раз, заявился Кастиил и обычно, когда ангел перемещался в её комнату, то в обязательном порядке что-нибудь ронял. Но сегодня Кас здесь не появился и тогда девушка смахнула всё на переутомлённость. Мало ли, сегодня был крайне тяжёлый день. Перевернувшись на другой бок, шатенка вновь закрыла глаза и глубоко вздохнула, улавливая неприятный запах металла. Нахмурившись, Диперси лениво приоткрыла один глаз, думая о том, что сегодня ей вряд ли удастся нормально отдохнуть и в этот самый момент девушка увидела лежащую рядом ту самую мёртвую девочку. Мелани забыла как дышать, всё тело оцепенело и мышцы начало медленно сводить от напряжения.
Мёртвая протянула свою маленькую испещрённую ссадинами ручку и погладила Мелани по щеке. Девушка ощущала, как по её коже размазывается холодная и вонючая кровь. К горлу вместе с желчью подкатил болезненный ком и её пробила крупная дрожь. Мозг кричал о том, что необходимо бежать, позвать Дина или Каса, спасать свою жизнь, но крепкие цепи страха надёжно сковали её тело и она ничего не могла, кроме как тихо скулить и плакать.
