Демон скривил свои тонкие губы, обнажив длинные желтые зубы. Если поднапряжется, то вполне может ими перекусить меня пополам. Вот уж действительно крокодил, но, к сожалению, слишком разумный и подлый, да к тому же могучий маг.
– Тоже мне задача! Да любой демон всегда в несколько раз сильней любого мага и без усилий может превращаться в любое животное, когда захочет.
Еще незаметно понемногу подтащим зверька за шкирку в самую серединку ловушки. Недоверчиво хмыкнув, сказал:
– Простите меня, но с демонами я вообще встречаюсь впервые. И о ваших возможностях знаю мало. А что я расскажу моим знакомым и близким? Слова ведь остаются словами, не правда ли? Как в известной поговорке: сколько раз ни повторяй «халва, халва», во рту от этого слаще не станет. Когда наглядно, это ведь всегда убедительней.
После моего объяснения о том, что такое халва, хозяин на некоторое время замолк. Глазные щели демона при этом превратились в узкие щелки, а голос стал тихим, почти свистящим, выделяющим каждое произнесенное слово и не предвещающим ничего хорошего.
– ВЫ, МН-Е-Е, НЕ ВЕР-И-И-ТЕ-Е?!
Хорошо зацепил, невидимая нить натянулась между нами, как струна. Больше натягивать нельзя, чтобы не обострять ситуацию до предела и не оборвать взрывоопасную нить. Ведь в горячке мнимого оскорбления демон может меня и покалечить, если не съесть. Сейчас, наоборот, надо немного ослабить, чтобы повелся до конца. А то он сейчас мысленно ругается такими словами и с такой злостью, что ему позавидовал бы любой портовый грузчик, если не опытный боцман корабля. Затем надо будет подсекать, но аккуратно, не переигрывая и со всей тщательностью.
– Что вы, что вы, как можно! Безусловно, верю. Но если бы вы смогли сейчас как-нибудь это показать, то я с чистой совестью буду потом рассказывать всем о том, с каким необыкновенным магом-демоном мне посчастливилось повстречаться в жизни, и совершенно честно показывать руками его возможности и рассказывать то, что видел своими собственными глазами.
Немного подсластил. Демон же втянул носом воздух, задержал его на какое-то время в груди и со свистом выдохнул так, что меня как будто обдал порыв ветра. Обошлось, а то, думал, лопнет. Ну вот, сам и справился со стрессом. Что-то бормоча и делая пассы лапами, хозяин превратился во что-то темное, огромное и бесформенное, и из этого вдруг вынырнул громадный темно-фиолетовый дракон. Ничуть не меньше серебристого. Он занял почти все видимое пространство перед столом и повернул свою огромную голову ко мне, разинув пасть. Не дай бог, в азарте перевоплощения дыхнет огнем!
В притворном ужасе я закричал:
– Хватит, хватит, вы действительно великий маг, очень прошу вас, вернитесь обратно!
Пару минут насладившись моим мнимым ужасом, демон вернулся в свой прежний облик.
Минут пять я еще закатывал глаза, отдувался, прижимал руку к области сердца, дрожащими руками наливал себе воды в стакан и всячески демонстрировал свой пережитый ужас. Несомненно, этим я доставлял немалое удовольствие демону, компенсируя свое недоверие его уровню магического мастерства. Что поделаешь, надо соответствовать образу по Станиславскому.
Наконец настал момент открывания ловушки и «закидывания веревки-узды» на шею жертвы, пока ничего не подозревающей.
– Простите мне мою назойливость, великий маг, но я еще хочу узнать, ну не волнуйтесь вы так, это в последний раз, можете ли вы таким же образом превращаться в кого-нибудь значительно поменьше? Вот тот же мой знакомый маг считал, что это есть вершина мастерства магии. Сам он мог превращаться в мышку и залезать в самую маленькую щель. Не могли бы вы, чтобы его переплюнуть, стать меньше мышки и попробовать залезть в какой-нибудь совсем маленький прозрачный сосуд, флакончик, чтобы мне вас было там видно и я мог бы это засвидетельствовать? Вот тогда я своими свидетельствами довел бы моего знакомца до белого каления, и он бы лопнул от зависти! А то все время корчит из себя великого мага. Хотя боюсь, что при вашей массе да с такими огромными крыльями любой сосуд или флакон расколется сразу.
– Насчет вершины мастерства ваш знакомый маг опять сказал очередную совершенную глупость. Ну да ладно. Хорошо. Доставлю вам и это удовольствие, но с условием, что теперь вы останетесь у меня еще на одну неделю. Не зря же я по вашей просьбе устраиваю эти представления!
Да хрен с тобой, я кивнул. Теперь это уже не так важно. Сказал бы – на всю жизнь, и то я бы согласился. Главное, чтобы ничего не заподозрил. Важно сейчас совсем другое, а именно момент истины! Все внимание на вопрос: сорвется или не сорвется, сорвется или не сорвется? Барабанная дробь в моей голове сейчас звучит просто запредельно и заставляет учащенно биться сердце.
– Итак, вы согласны, и я согласен. Мы пришли к соглашению. Вы пробудете теперь у меня более двух недель. Что касается крепости вот этого флакона, то вы не правы. Как я вам уже говорил, он прочней чего-либо в этом мире. Так что он не расколется, а масса моя да и крылья совсем мне в этом не помешают. Смотрите и удивляйтесь!
