Ей не у кого было разузнать подробности. Она не была знакома ни с его братом Лорелом, ни с его друзьями. Кого ей было спрашивать?
Зазвонил сотовый, и Люси воткнула в ухо наушник.
– Ты где? – Это был Бентон.
– Иду сквозь метель по Провинсу. Ну, не совсем метель. Сейчас уже не так сыплет, – вяло ответила Люси.
– Выяснила что-нибудь?
Люси вспомнила ночные приключения, и ее вновь охватило раскаяние.
– Только то, что в последний раз он был в баре не один, – сказала она. – Это было за неделю до его смерти. Вероятно, он зашел туда сразу после операции, а потом вернулся во Флориду.
– Лорел был с ним?
– Нет.
– Как же он обходился?
– Я же сказала, что он был не один.
– Кто тебе это сказал?
– Бармен. Видимо, он с кем-то познакомился.
– С кем же?
– С женщиной. Гораздо моложе себя.
– Как ее звали?
– Джен. Фамилии не знаю. Джонни был очень расстроен. Из-за операции. Ты же знаешь, что там было не все в порядке. Когда люди теряют веру в себя, они часто совершают неожиданные поступки.
– Как ты себя чувствуешь?
– Прекрасно! – Надо же, как легко она соврала. Все-таки она трусиха и эгоистка.
– Голос у тебя какой-то убитый, – встревожился вдруг Бентон. – В том, что случилось с Джонни, твоей вины нет.
– Но я устранилась. Палец о палец не ударила, чтобы что-то выяснить.
– Почему бы тебе не навестить нас? Приедет Кей. На недельку. Мы будем рады тебя видеть. У нас будет время поговорить.
Бентон говорил сейчас как психолог.
– Я не хочу ее видеть. Она все поймет.
– Люси, ты не должна с ней так обходиться.
– Я никого не хочу обижать! – Люси вспомнила Стиви.
– Тогда скажи ей правду. Это же так просто.
– Зачем ты позвонил? – резко сменила тему Люси.
– Мне нужна твоя помощь. Я говорю по защищенной линии.
– Я тоже, разве что кто-то рядом перехватывает. Давай выкладывай.
И Бентон рассказал об убийстве в рождественской лавке к Лас-Оласе. Возможно, оно произошло два с половиной года назад. Он пересказал все, что узнал от Бэзила Дженрета, добавив, что Скарпетта о таком убийстве не слышала. Правда, тогда она еще не работала во Флориде.
– Информация получена от психопата, – добавил Бентон. – И я не слишком ей доверяю.
– Он выколол глаза этой женшине?
– Он не сказал. А я решил не задавать слишком много вопросов, пока не выясню, насколько правдива эта история. Ты можешь задействовать свою поисковую систему?
– Начну искать прямо в самолете.
Часы над книжным шкафом показывали половину первого. Адвокат паренька, подозреваемого в убийстве своего брата-младенца, погрузился в бумаги, разложенные на столе Кей.
Дейв, молодой стройный брюнет, относился к тому типу мужчин, которым неправильные черты лица придают особую привлекательность. Адвокат славился своим красноречием на судебных процессах, и всякий раз, когда он появлялся в академии, секретарши и студентки как бы невзначай оказывсшись у кабинета Скарпетты. Исключение составляла Роза. Она уже пятнадцать лет работяща у Скарпетты секретарем, давно достигла пенсионного возраста и была совершенно равнодушна к любым мужским чарам, кроме тех, которыми обладад Марино. Это был единственный мужчина, с кем она охотно флиртовала, и поэтому для выяснения его местонахождения Скарпетта обратилась именно к ней. Марино должен был присутствовать на этой встрече.
– Я звонила ему вчера вечером, – сообщила Скарпетта Розе по телефону. – И не один раз.
– Я постараюсь его найти, – ответила Роза. – В последнее время он ведет себя довольно странно.
– И не только в последнее время.
Водрузив на нос очки в роговой оправе, Дейв изучат протокол вскрытия.
– Просто в последний месяц это усугубилось. Подозреваю, здесь не обошлось без женщины.
– Постарайся его разыскать.
Скарпетта повесила трубку и выжидающе посмотрела на Дейва. Случай был сложный, но заплаченные деньги давали ему право получать ответы на любые каверзные вопросы. В огличис от полиции, тоже прибегавшей к услугам научных сотрудников и медэкспертов академии, адвокаты обычно платили последними. И часто выходило так, что самые платежеспособные представляли интересы самых закоренелых преступников.
– Марино не будет? – спросил Дейв.
– Мы пытаемся его найти.
– У меня через час дача показаний, – предупредил он, переворачивая страницу. – Я думаю, в итоге окажется, что это был просто ушиб, и ничего больше.
– Я не рискну утверждать это в суде, – ответила Скарпетта, глядя на протокол вскрытия. Производила его не она. – Хотя внутричерепная гематома и может быть вызвана ударом. Но в данном случае предполагаемое падение с дивана на пол маловероятно. Скорее гематома явилась следствием резких сотрясений, которые привели к смешениям в полости черепа, внутричерепному кровотечению и повреждению спинного мозга.
– Но разве мы не пришли к соглашению, что кровоизлияния в сетчатке глаза могут быть также результатом травмы при ударе головой о плитки пола?
– Но не при таком падении. Гораздо вероятнее, что подобные повреждения возникли при резких сотрясениях головы во фронтапьной плоскости.
– Вы не очень-то помогаете мне, Кей.
– Если вы не заинтересованы в объективном мнении, обратитесь к другому эксперту.
