Она закрыла глаза, представляя, с какой яростью он обрушится на нее, какие слова сорвутся с его губ. Ну и что? Зато они сделали шаг к тому, чтобы избавиться от Сантьяго. Когда полиция установит связь между ним и продающимися через ресторан наркотиками, дело будет закрыто.
Это дело. Но за ним последует другое. И еще. И еще. До конца жизни.
Хватит ли у нее сил на такую жизнь? Каждый день думать о том, вернется ли он домой живым и здоровым? Да и захочет ли Мартин возвращаться к ней? Может быть, ему больше по вкусу короткая связь? Связь. Какое безликое, холодное слово для столь горячих отношений…
Кто-то ударил по дверце машины, и Дженнифер вздрогнула.
— Откройте, черт возьми! — послышался знакомый голос. — Это Хендерсон.
Дженнифер втянула голову в плечи и бросила взгляд на полицейского, сидевшего впереди. Тот, вероятно, узнал коллегу, потому что открыл дверцу и вышел из машины.
Спустя пару минут передняя дверца захлопнулась, задняя распахнулась и перед Дженнифер появилось лицо Мартина.
Перекошенное и побагровевшее, со стиснутыми зубами и мечущими огненные стрелы глазами, оно показалось Дженнифер еще страшнее оттого, что Мартин молчал.
Молчание стало невыносимым.
— Мартин?
Он сделал то, чего Дженнифер никак не ожидала: наклонился, стиснул ее лицо обеими руками и поцеловал так крепко, что у нее перехватило дыхание. В этом поцелуе не было нежности и теплоты, а только горячая страсть и жажда обладания. Огонь, снедающий Мартина, тут же перекинулся на Дженнифер, и, покорная вспыхнувшему в ней желанию, она подалась навстречу.
Мартин отстранился.
— Мне только надо было убедиться, что ты жива и здорова. Похоже, все в порядке.
Он пригладил взъерошенные волосы, и Дженнифер заметила, как сильно дрожит его рука.
— Да, все в порядке.
— Вижу. И теперь я могу задушить тебя. О чем, черт побери, ты думала?! — заорал Мартин, давая волю переполнявшей его злости. — Что тебе взбрело в голову?!
Дженнифер закрыла глаза. Раньше Мартин никогда не кричал на нее.
— Что ты молчишь?! Нечего сказать?! — продолжал бушевать Мартин.
Она открыла глаза и с деланным спокойствием пожала плечами.
— Разве я сделала что-то плохое?
Мартин протянул к ней руки, словно хотел схватить Дженнифер за горло, но удержался, правда, на всякий случай отступил от машины еще на полшага.
— Тебя могли убить.
Дженнифер промолчала.
— Почему ты позвонила в полицию, а не мне?
Она понимала его злость, негодование и обиду. Но главной целью ее плана было отвести беду от Мартина и добыть улики против Сантьяго.
— Но ведь ты сейчас в отпуске. Адвокаты Сантьяго могли прицепиться к этому и заявить, что ты все подстроил. Например, из мести. Его вполне могли снова отпустить. — Видя, что Мартин молчит, видимо признавая ее правоту, Дженнифер воодушевленно продолжила: — Я хотела помочь тебе, понимаешь? А потом, когда приехала полиция, меня посадили в эту машину и уже не выпускали.
Он вздохнул и едва заметно кивнул, соглашаясь с ее объяснениями, но не желая отступать от своей точки зрения.
— Сейчас тебе придется сделать заявление, а потом мы сможем поехать домой.
— Я уже все рассказала тому полицейскому, который сидел в машине. Разве этого недостаточно?
— С тобой хочет поговорить лейтенант Чиверс. Потом мы отправимся в участок, и ты напишешь официальное заявление. Таков порядок. И запомни — ты не выйдешь из особняка, пока Сантьяго не окажется за решеткой.
— Тебе не кажется, что это чересчур? — попробовала возмутиться Дженнифер.
— Не испытывай мое терпение и не задавай глупых вопросов. Помолчи.
Мартин опустился на заднее сиденье, и теперь их разделяло не более полуметра. Дженнифер чувствовала его злость. И страх. И еще его запах — особенный мужской запах, заполнивший весь салон.
— Отныне ты будешь делать то, что я скажу.
Мартин сказал это жестко, почти грубо, но Дженнифер не обиделась, так как понимала, что кроется за его тоном. Протянув руку, она дотронулась до небритой щеки Мартина и прошептала:
— Извини, что напугала тебя.
Он даже не повернул головы.
— Ты представляешь, что могло случиться, если бы Сантьяго обнаружил тебя в ресторане?
Дженнифер поёжилась.
— Так ведь не обнаружил же.
— Но мог!
Выражение лица Мартина оставалось угрюмо-сосредоточенным, а в голосе по-прежнему звучали холодные, стальные нотки.
— Мартин…
Он вздохнул и наконец повернул к ней голову.
— Дженнифер…
— Хендерсон, вылезай из этой чертовой машины! — прогремело совсем рядом, и тут же кто-то громыхнул кулаком по крыше автомобиля.
— Похоже, кому-то очень хочется тебя видеть.
Дженнифер попыталась выглянуть в окно, но Мартин удержал ее.
— Да. У лейтенанта ко мне такие же чувства, как и у меня к тебе, — пробормотал он.
Машина дрогнула от второго удара.
— Быстро!
Дженнифер сложила руки на груди.
— Тебя зовут.
