Спустя несколько минут подъезжаю к воротам. Почему-то они приоткрыты. Невольно напрягаюсь. Сегодня вторник, а горничная приходит убираться по понедельникам и четвергам.
Пытаюсь вспомнить, закрывала ли ворота, когда уезжала на учёбу. Да, блин, я никогда не оставляю их открытыми. А может горничная приезжала потому, что что-то забыла, а потом не закрыла ворота плотно? Но почему тогда она мне не позвонила?
В общем, вопросов море, а ответов нет. Ладно, разберёмся.
Забираю сумочку (тоже классика от “CHANEL” - чёрная на серебристой цепочке), и неспешно направляюсь к дому. Сейчас приготовлю еды, поужинаю, потом искупаюсь в бассейне и примусь за учёбу. Машину оставлю сегодня тут. Ночь синоптики обещали ясной, дождя не будет.
Обхожу дом, поднимаюсь мимо колонн по мраморной лестнице и достаю из сумочки связку ключей.
Песня, которая играла по радио, по прежнему звучит в голове. Напевая под нос, открываю дверь и вхожу.
И, включив свет, замираю.
Странное какое-то чувство. Вроде всё по прежнему, везде чисто, но что-то не то.
Спустя пару секунд понимаю - запах. Пахнет как-то странно. Приятно, но странно. Будто мужским парфюмом. Хм. Такого просто не может быть. Из персонала только горничная и садовница. Обе, разумеется, женщины.
В полнейших непонятках прохожу в гостиную, поднимаю взгляд и…
…застываю на месте.
От разом охватившего меня страха по спине пробегает неприятный холодок, а кожа на макушке съёживается, будто я туго затянула резинкой хвост.
В залитой вечерним солнечным светом комнате кроме меня - трое мужчин. Все в чёрных костюмах, серых рубашках, галстуках и с цепкими волчьими взглядами. То, что они опасны - становятся понятно сразу. Просто мгновенно.
- Стоять. Сбежать даже не думай.
Низкий голос грузного блондина стоящего у окна, заставляет меня оцепенеть. Интонации уверенные и угрожающие. Двое сидящих в креслах - усатый брюнет с зализанными назад волосами и лысый с массивной рыжей бородой - чуть подаются вперёд. Нет никаких сомнений, что если я хоть попытаюсь двинуться с места, они в три прыжка меня настигнут.
Во рту пересохло. С трудом сглатываю.
- Кто вы такие? - тихо спрашиваю я. - И что вы делаете в моём доме?
Стараюсь говорить без наезда, чтобы не спровоцировать агрессию в свой адрес. Голос при этом звучит жалобно. Слышно, что я напугана. И думаю, видно.
Более того, они моим страхом вполне удовлетворены.
Вопрос они игнорируют. Вместо ответа лысый бородач, оценивающе оглядев меня с ног до головы, и задержав взгляд на груди, отчего мне становится совсем не по себе, поворачивается к стоящему у окна, и насмешливо бросает:
- Хорошенькая, да?
Глава вторая
Блондин с усмешкой кивает.
- Ебабельна, да.
Меня уже просто мелко трясёт от страха.
- Послушайте... - выдавливаю из себя, но меня тут же перебивает сидящий в кресле брюнет с колючим, злым взглядом маленьких чёрных глаз.
- Сядь.
Холодный, жёсткий приказ.
И кивает на софу, стоящую у стены. Она располагается ровно между кресел, где они сидят.
- Я не... хочу...
- Я сказал: сядь! - очень жёстко повторяет он, я даже вздрагиваю.
Он чуть приподнимается, будто собирается схватить меня и усадить на софу силой.
Паника ужасная. Страшно так, что ноги подкашиваются.
- Ты хочешь понять в чём дело? - вскидывает брови стоящий у окна блондин. - Или нет?
- Хочу... - слабо кивнув, шепчу я.
- Тогда делай то, что тебе говорят. Условия тут диктуем мы. И ты очень скоро поймёшь почему.
Нервно пожав плечами, с колотящимся сердцем, медленно прохожу к софе и опускаюсь на её краешек. И губы дрожат и коленки. Сижу, заламывая пальцы, с прямой спиной, будто лом проглотила. Заставляю себя посмотреть блондину в прищуренные зелёные глаза.
- Твой отец, - говорит он, - незадолго до своей смерти занял много денег под крупный строительный проект. По понятным причинам, проект не выгорел. Долг, между тем, остался. И теперь этот долг - твой.
Он умолкает и оценивающе смотрит на меня.
- Я не понимаю, о чём вы говорите, - дрожащим голосом говорю я.
- Тебе говорят, - вставляет усатый брюнет, заставляя посмотреть на него, - что твоя сладкая жизнь закончилась. Финита дольче вита, врубаешься?
Слышу усмешку лысого.
- Решать этот вопрос через суд мы не будем, - щуря глаза, продолжает блондин. - Это муторно, тягомотно, да и долг этот серый. Ты просто подпишешь нужные документы.
Слышу, как лысый встаёт, и, снова вздрогнув, поворачиваюсь к нему.
- Не ссы, - ухмыляется он.
В руках его чёрный кожаный портфель. Он расстёгивает его, достаёт какую-то прозрачную, полную бумаг, папку, и небрежно кидает на журнальный столик передо мной. Затем кладёт на папку шариковую ручку.
- Я не буду ничего подписывать, - качая головой, тихо возражаю я.
- Будешь, - спокойно произносит блондин. - Это в твоих же интересах.
Усатый, играя желваками, сверлит меня взглядом.
- Я хочу поговорить с адвокатом... - робко взглянув на блондина, прошу я.
- С кем? - лысый заливается коротким и хриплым смехом. - Не, ты слышал? Обоссаться. Девочка, заканчивай тупить. Твой батя сильно встрял.
