– Ну, это вряд ли! – рассмеялся водитель. – Я десять лет в таксопарке отработал без единой аварии. Так-то! – Стас ласково похлопал пальцами по рулю. – Не волнуйтесь, Николай Романович, он меня слушается.
Маркелов снова кивнул в ответ и, несколько расслабившись, откинулся на широкую бархатную спинку сиденья. «Нет, этот бывший таксист вряд ли имеет хоть какое-нибудь отношение к тем ублюдкам, что убили Державина и надругались над Таней. Просто водила…» – подумал он.
– У тебя семья есть, Стас? – поинтересовался Маркелов.
– А как же! – охотно ответил шофер, радуясь разговорчивости нового хозяина. – Жена, двое детей. Дочке – пять, сыну – три. Все как у нормальных людей!
– Это хорошо, – тихо произнес Николай, – моему тоже три года. И он очень похож на мою жену… Татьяну…
Маркелов поймал в зеркале ясный взгляд Станислава и цепко проследил за его реакцией. Нет, не знает он про тот кошмарный вечер, когда… Как она сейчас там?
– А мои шалопаи – вылитый я! – сообщил водитель, самодовольно улыбаясь. – Копия!
Он замолчал, удовлетворенный тем, что начальный контакт с новым боссом состоялся, а Маркелов не хотел продолжать разговор, потому что думал совсем о другом – о предстоявшей мести «бизнесменам» из «Фердинанда» и скотам, виновным в смерти Державина и надругательстве над Таней. Поэтому почти до самого конца пути ни пассажир, ни водитель не проронили ни слова. Вскоре автомобиль свернул с шоссе на узкую, но ухоженную асфальтовую дорогу и через пять минут остановился у зеленых металлических ворот. Маркелов огляделся. Место очень походило на закрытый санаторий, в которых раньше отдыхали партийные бонзы. Сейчас большинство особняков было продано и верных членов ленинской партии сменили новые российские бизнесмены. Впрочем, у половины роскошных домов, назвать которые дачами не поворачивается язык, и по сей день остались старые хозяева. Как пел в одной из песен Игорь Тальков – «перестроить можно рожу, ну а душу, никогда».
Из расположенного у ворот домика, похожего на КПП, вышел парень в камуфляже с автоматом за спиной.
– Однако!.. – вслух произнес Николай и вопросительно посмотрел на Станислава. – Что это за владения? Генеральские, наверно? – Незаметным движением «афганец» нажал на кнопочку автоматической шариковой ручки. С этого момента Ворон мог слышать все, что слышал и сам Маркелов.
– Здесь дачи высших чинов Министерства обороны, – кивнул водитель. – И не только…
– Понятно, – Маркелов удовлетворенно цокнул языком. – Лучше и не придумаешь. Безопасность жителей поселка обеспечивают самые настоящие спецы из элитных воинских подразделений! Сплошной покой и экономия, особенно для тех коммерсантов, кто опасается за свою жизнь.
Солдат подошел к машине, узнал сидевшего за рулем Станислава, вернулся обратно в домик, и через секунду массивные зеленые створы ворот с нарисованным на них символом новой России – двуглавым орлом медленно разъехались в разные стороны. «Вольво» плавно тронулась с места и покатила по идеально выметенным дорожкам в глубь территории.
– Похоже, тебя здесь хорошо знают, – будто между прочим обронил Маркелов, не глядя на водителя.
– Конечно, – согласился тот, – ребята на карауле одни и те же. Я их тоже знаю. До сегодняшнего дня я почти месяц работал личным шофером вашего компаньона, и мы часто заезжали на дачу Кирилла Аркадьевича…
При слове «компаньон» Маркелов тяжело вздохнул.
– Какого Кирилла Аркадьевича? – поинтересовался он. – Не слышал о таком.
– Даже если и не слышали, то сейчас обязательно познакомитесь! – бодро заявил Станислав, останавливая автомобиль на площадке возле внушительного строения, напоминавшего феодальный замок, рядом с двумя шикарными черными «мерседесами» с тонированными стеклами. Размах поразил Маркелова. От дач, мимо которых он проехал только что, это чудо архитектуры отличалось так же, как роскошная четырехкомнатная квартира отличается от собачьей конуры.
– Ну вот и приехали, Николай Романович, – сообщил водитель тоном хорошо вымуштрованного лакея. – Я буду здесь. Счастливо отдохнуть и так далее!
Не успел Маркелов подняться на две ступеньки, как дверь особняка открылась и он увидел на пороге мужчину – на вид лет около пятидесяти, одетого в дорогой элегантный костюм, с чуть насмешливым и чуть надменным взглядом. Такой взгляд бывает у людей, привыкших вершить чужие судьбы. Говорят, что после первого миллиона долларов начинаешь по-другому смотреть на мир. Что же, если это так, то стоявший перед Маркеловым бизнесмен наверняка располагал такой суммой.
