– Все, что ей нужно было для визита в мой номер, было у нее в чемодане: наручники и маскировка. Нужна была еще какая-нибудь мягкая прокладка, чтобы наручники не гремели. Например, большое полотенце или что-то подобное. Больше ей ничего и не нужно было. Если бы Барнс нес ее чемодан, он бы заметил, что он слишком легкий.
Уинтер встал и осмотрелся. Номер был похож на тысячи других, в которых он останавливался. Достаточно чистый и абсолютно безликий. Его внимание привлекла Библия. В большинстве номеров она обычно лежит в верхнем ящике прикроватной тумбочки, а здесь она была на туалетном столике.
Открыв ее, он бегло просмотрел страницы. Что-то выпало и приземлилось на ковер. Уинтер нагнулся. Это была вырванная страница, сложенная в восемь раз.
– Кое-что нашел, – позвал он Мендозу.
Она подошла, села на корточки рядом с ним и аккуратно, в перчатках, развернула листок. Внутри был ком волос, вырванных с корнями. Волосы были длинные и седые. Мендоза положила их в конверт, запечатала, расправила страницу и положила ее на туалетный столик. Красным были обведены три стиха из двадцать первой главы Исхода:
– Это про ветхозаветную месть, – предположил Уинтер.
– Да, согласна. Думаешь, тот, чьи это волосы, еще жив?
– Думаю, что был жив, когда эти волосы вырывались, а сейчас – не знаю.
Уинтер замолчал, пытаясь собрать в уме кусочки пазла.
– Чьи это волосы? Вот вопрос номер один.
– Судя по длине и цвету, пожилой женщины.
– Но если ты ответишь на вопрос номер два, твоя версия становится нерабочей.
– Что за вопрос номер два?
– Кому она хочет отомстить?
– Предполагаю, что тому, кто тушил об нее сигареты.
– А это ее отец, Юджин Прайс, – сказал Уинтер и опять замолчал, погрузившись в свои мысли. – Они все ошибаются, – тихо проговорил он.
– Кто все?
– Все. Нельсон Прайс не убивал отца. Если его вообще кто-то убил, то это Амелия.
Мендоза кивала, соглашаясь.
– И это «если» возвращает нас к более раннему вопросу: мертв Юджин или жив.
– Очевидно одно: если отталкиваться от длины волос, он умер не в ту ночь, когда были убиты Риды.
– Господи, – прошептала Мендоза. – Для него лучше было бы умереть тогда. Если он все еще жив, то Амелия мстит ему на протяжении шести лет. Об этом даже думать страшно.
Выйдя на улицу, первым делом Уинтер закурил. Утреннюю дозу кофеина он пропустил, и оставалось довольствоваться никотином. Мендоза говорила по телефону с кем-то из шерифского управления, пытаясь организовать доставку на экспертизу вещественных доказательств, которые она собрала. Уинтер слышал только часть диалога, но было понятно, что творился логистический кошмар. Она закончила говорить и выругалась в сторону телефона.
– Проблемы?
– Они все еще не разрулили ту ситуацию и поэтому никого не могут прислать в Хартвуд. А нам нужно ехать в дом Прайсов, и нет времени проезжать через Рочестер. Они сказали, что, возможно, пришлют кого-то туда. Но, может, и не пришлют. Все зависит от того, как будут развиваться события.
– Мендоза, ты волнуешься из-за пустяка. Так ты себе морщины заработаешь.
– Это не пустяк, Уинтер. Нам надо знать, действительно ли это волосы Юджина Прайса.
– Они его.
– Ты предполагаешь, что они его, но это совсем не то же самое. Плюс ключ надо проверить – вдруг на нем есть отпечатки Амелии.
– Это и так была Амелия. Это несомненно.
– Нет, Уинтер, ты предполагаешь, что это она. Большая разница!
Какое-то время задумчиво постучав телефоном о собственный подбородок, Мендоза снова стала нажимать на клавиатуру на экране.
– Кому теперь звонишь?
– Хитчину. Спрошу, какая у Амелии машина.
– Хорошая мысль. И узнай также, какие машины зарегистрированы на Нельсона, Юджина и Линду Прайс.
– Можно подумать, сама бы не догадалась.
– Просто хочу быть уверен. Давай так – ты звони, а я поведу. Нам ведь нужно как можно скорее добраться до дома Прайсов?
По выражению лица Мендозы было ясно, что предложение воспринято отрицательно.
– Даже не думай. Пара минут ничего не изменят.
Тогда Уинтер решил не терять времени и позвонить Берчу. Ответил Питерсон:
– Полиция Хартвуда. Чем могу помочь?
– Мне нужен Берч. Скажи ему, что это Джефферсон Уинтер.
– Он еще не приехал.
– Все еще завтракает?
Питерсон ничего не ответил.
– Может, ты сможешь помочь? Нам нужно, чтобы кто-то поехал к дому Прайсов и охранял его до нашего приезда. Это место преступления.
– Я не уверен, что смогу это сделать.
– Конечно, можешь. Прыгай в вашу старую «Краун-Викторию» и езжай туда.
– Мне нужно согласовать это с шефом Берчем.
– Согласуй, раз нужно, но поезжай туда как можно скорее. В дом никого не впускай и никого не выпускай из него до нашего приезда. Понял? Если вдруг увидишь Амелию Прайс, будь осторожен. Она вооружена и очень опасна.
Уинтер положил трубку, затушил сигарету и сел в «БМВ». Мендоза уже ждала его за рулем с включенным двигателем.
