Отец зашёл в кабинет в синем халате и присел на кресло напротив меня. Пригубил кофе. Сморщился. Подсластил. А затем сделал ещё один глоток.
— Случился конец света? — спросил отец.
— Нет. Гораздо лучше, — с улыбкой ответил я и протянул ему папку с документами.
Он лениво взял бумаги и начал читать. С первых же строк договора о передаче прав собственности на поместье глаза отца округлились, и едва не выпали из орбит.
— Как? — спросил он, протёр глаза, а затем ещё раз посмотрел в договор. — Как ты это сделал?
— Помог поймать и убить преступников, — честно ответил я. — А поскольку я не соглашался на это по доброте душевной, то в СБ императора мне предложили такой вариант.
— Молодец.
Отец аккуратно положил папку на стол. Поднялся. Подошёл ко мне и крепко обнял.
Это было неожиданно. Но приятно. Ведь только в этой жизни я смог понять, что такое настоящая семья. И ради подобных эмоций и следовало бороться.
Ведь по сравнению с похвалой отца, допрос Юрия и смерть врагов мне показались сущей мелочью. Да, возможно, с точки зрения морали это было неправильно. Но пошла бы к чёрту эта мораль. Ведь сейчас я был сыном, которым гордились.
Сонливость у отца как рукой сняло. И мы продолжили разговаривать. Я рассказал обо всём, что произошло за последние сутки. А затем задал один из вопросов, которые постоянно откладывал:
— Отец, ты подумал насчёт Дельфиновых?
— Да, и моё решение не изменилось. Не видать им ребёнка.
Для пущей убедительности отец показал фигу, чем рассмешил меня. Раньше подобных жестов я за аристократами даже в узком кругу общения не замечал.
— Но зачем он нам? Ведь они просят дитя, а от брака уже отказались.
— Магов много не бывает, — хмыкнул отец.
— Да, но это дитя срамит честь Анны. Ей придётся его признать. Не служанкам же отдавать на воспитание.
— Ты просто хочешь очередного союзника, а на девочку тебе плевать.
— Не будь столь категоричен. Будь оно так на самом деле, то я бы не стал ей помогать. Настоял на её браке с Дельфиновым, и всё.
— Ладно, я перегнул палку, — извинился отец и допил свой кофе.
— Анне не нужен этот ребёнок, она сама ещё в школе учится. Твоим прямым родственником он также не является. Глава рода Скорпионовых будет лишь рад о нём забыть. Так в чём проблема?
— В принципах. Сперва Дельфиновы ввели нас в заблуждение, а теперь хотят, чтобы мы пошли навстречу.
— Но ведь эта сделка выгодна и нам. Они хотят мага огня, которого готовы признать, как своего родного без малейшего упоминания об Анне. А мы хотим, чтобы честь клана осталась нетронутой среди аристократии.
— Рассуждаешь здраво. Но разве нам самим будет лишним ещё один маг стихии огня?
— От него будет больше проблем, чем пользы. Ведь матери и отца у него по факту не будет. Кем он вырастет в таких условиях? Среди Дельфиновых его хотя бы признают, как бастарда. А у нас разве кто-то готов на такой шаг?
— Нет, — сразу ответил отец. — Разве что слугам его отдать на воспитание, как уже говорилось в начале.
— Тогда вывод напрашивается сам собой.
— Да. Не думал, что у тебя получится меня убедить.
— Интересы невинного существа должны стоять выше принципов. Он не просил, чтобы его зачали, чтобы потом всю жизнь страдать.
— Ты прав, — кивнул отец и поднялся с кресла.
Он переместился за свой стол. Начал подписывать соответствующие документы.
— Отправлю Дельфиновым договор. Чтобы они пришли на помощь клану один раз, но по первому требованию.
Я кивнул. Похожие договоры теперь отправлялись всем, кто хотел получить от нас какую-то выгоду, ну или породниться.
Вика оказалась прирождённой свахой, поэтому стопка прошений о помолвке на столе отца никогда не убавлялась. А иной раз казалось, что при прошлом моём посещении, она была значительно меньше.
— Сколько браков уже одобрил? — поинтересовался я, когда отец закончил с договором для Дельфиновых.
— Двадцать девять и сорок шесть ещё под вопросом, — ответил отец и кивнул на стопку конвертов.
— Почему так много вопросов?
— В основном, потому что девушки из нашего клана ждут встречи, чтобы сказать своё решение. Мужской половине достаточно лишь на портрет посмотреть. Но есть и достаточно странные предложения, которые адресованы не к конкретной личности, а в общем.
— Например?
— Ну, мне не понять, зачем отправлять просьбу породниться, но при этом не указывать с кем. Или вовсе прямым текстом написать, что без разницы. Вдруг с их стороны молодой парень, а я им столетнюю бабулю подсуну. Или наоборот. В общем, такие обращения точно требуют личной встречи, чтобы не оставалось подвоха.
— Да, а то вдруг они хотят приданное от нашей бабули, — улыбнулся я. — А у нас вообще есть такая?
Клан был большой, и я до сих пор не познакомился со всеми его представителями. Особенно с теми, кто уже отошёл от дел.
— Да, и не одна. И эти бестии точно не откажутся от замужества на старости лет, — усмехнулся отец. — И я даже готов этим вдовушкам приданное выделить. Лишь бы мужья их в первую брачную ночь не убили.
