— Выживешь, не волнуйся. Груда разных пыточных инструментов, назовем их так, которыми мы пользуемся, чтобы мучить себя, когда убеждены, что страдаем из-за кого-то, похожа на поленницу дров. В яростном стремлении докопаться мы думаем и думаем, а потом снова думаем и думаем и понемногу разжигаем эту поленницу. А потом наступает момент, когда боль от ожога проходит.
— Но случается, что не проходит никогда…
— Чушь собачья. Ты сильно страдала из-за своего первого парня, когда вы расстались?
— Смертельно.
— Но ведь все прошло, хотя в то время тебе казалось, что эта боль никогда не пройдет…
— Да, наверное, ты прав.
— Вот видишь. Просто дрова кончились. И то же самое будет с Роберто.
— А как бы так сделать, чтобы они кончились поскорее?
— Их надо сжечь, другого способа нет. Но есть один приемчик, чтобы поленница не разрасталась…
— Что за приемчик?
— Молчать. Если отношения не вырождаются, а значит, вмешательства Нардо не требуется, то молчание почти всегда становится великолепным союзником. Это мощнейшее оружие, которым трудно пользоваться, и его часто недооценивают. Молчание есть и осведомленность, и освобождение, и возрождение.
— Значит, в сущности, я хорошо сделала, заблокировав Роберто?
— Не просто хорошо, ты сделала великолепно! Даже если для тебя сейчас не слышать его равно агонии и ты каждые пять минут заглядываешь в телефон, не пришел ли от него мейл. А вдруг Роберто отважится использовать этот канал, чтобы сказать тебе, что он бросил жену и дожидается тебя на белом коне, чтобы ускакать с тобой вместе к светлому будущему? Или я ошибаюсь?
Сабина вспыхнула. Она действительно, в который уже раз, заглянула в почту буквально мгновение назад, и отрицать это смысла не было.
— Нет. Не ошибаешься.
— Ваша «пуповина» все еще целиком открыта, девочка моя. Ты просто страдаешь, а он в безумии подбрасывает дровишек…
Сабина тяжело вздохнула: в какой-то мере она была уничтожена, но ничего больше не сказала.
Как только они въехали в жилые кварталы, Нардо притормозил и несся уже чуть помедленнее скорости звука. Сабина наконец смогла расслабиться и оглядеться. Немногим менее часа назад она хотела умереть, когда увидела свой сожженный «смартик», превратившийся в гору пепла, — а теперь была счастлива, что осталась жива в бешеном ралли, заинтересована рассуждениями Нардо и возбуждена перспективой принять участие в реальных действиях своего Бэтмена.
После железнодорожной станции Нардо свернул направо, на улицу, пестревшую маленькими домиками, наследием двадцатого века. По тому, как изменилась скорость, Сабина поняла, что они у цели. Нардо снова заговорил:
— С твоей ситуацией мы будем разбираться позже, Сабина. А теперь подумаем о Кире. Ее пуповина еще крепка и вместительна, наполовину заполнена, и у нее множество возможностей ее пополнять. Она все еще слишком прочно присоединена к пуповине Джордано, большой, как кофейная чашка, и почти пустой. Ты меня правильно понимаешь?
Они с ревом доехали до комплекса небольших палаццо, который со смотровой площадки охраняли двое карабинеров. Наверное, те очень удивились, услышав шум мотора. Нардо, даже взглядом их не удостоив, припарковал машину возле мороженицы и послал эсэмэску Кире. Потом, не говоря ни слова, вышел и стал копаться в черном чемоданчике, который возил в багажнике. Сабина вся подобралась, как всегда бывало, когда она приезжала на место происшествия. Обычно на таких выездах она была руководителем согласно званию, а теперь ощущала себя в роли наблюдателя. Учитывая обстоятельства, это ее ничуть не смущало.
С другой стороны улицы к ним подбежала девушка ослепительной красоты, высокая мулатка в прекрасной физической форме. На ней были элегантные облегающие джинсы и тенниска с широким воротом. Она, запыхавшись, кивнула Нардо и быстро села в машину. По ее глазам Сабина догадалась, что девушка очень взволнована и недавно плакала, но сразу заметила, насколько благотворно на нее подействовало появление «консультанта». Они с Нардо порывисто обнялись, даже слишком порывисто, учитывая обстоятельства. Хотя, возможно, дела у них двигались, и они уже достигли известной степени взаимного доверия. Сабина тоже решила вылезти из машины и подошла к ним сзади. Нардо улыбнулся и представил их друг другу:
— Кира, это Сабина; недавно она заключила со мной договор, а потому доверяй ей, как доверяешь мне.
Девушка ограничилась сердечной улыбкой — видимо, голова у нее была занята совсем другим. Нардо посмотрел ей прямо в глаза, и она позабыла обо всем на свете.
— Кира, я примчался по первому зову, но мне нужно, чтобы ты была со мной искренна, здесь не до шуток. Зачем ему надо тебя видеть, почему он так настаивает?
— Он узнал о Марко.
— Ты что, сама ему сказала?
— Да… Он меня преследовал, довел меня до полного отчаяния, ты же знаешь, как это бывает…
— По вотсапу?
— Да.
Кира порылась у себя в телефоне и показала его Нардо, а тот, загораживая экран от яркого августовского солнца, быстро пробежал глазами диалог, качая головой:
