Хитра полностью

– Сорри, я постараюсь побыстрее. Однажды ко мне в магазин зашел заинтересованный в дайвинге парень. Я и раньше его видел, пару раз в центре, но не был знаком с ним. Он хотел взять пару уроков, выложил на стол наличные, конечно, я согласился и провел с ним несколько занятий. Мы просмотрели все снаряжение, все бутылки для подводного плавания, но, знаете, было немного странно, он ни к чему не проявил заинтересованности. Вместо этого завел разговор о деньгах. Спрашивал, хорошо ли я ныряю. Есть ли у меня опыт глубоководного дайвинга.

– Так?

– И в нашу третью встречу он признался, что первые два раза он просто меня проверял. И как оказалось, он работает на кого-то, кому нужна помощь.

– Он хотел, чтобы вы нырнули за чем-то?

– Да. Они что-то потеряли. У Маусундвера. На большой глубине. И что тот, кого они наняли до меня, не смог выполнить эту работу.

– Сколько он предложил?

– Сто тысяч.

– Вот как. За один спуск?

– Да.

– Видимо, они потеряли что-то ценное.

– Да, я тоже так подумал.

Симон пожал плечами.

– … нет, на самом деле я не так подумал. Я подумал только о деньгах на новое здание. Сотня? Недостаточно, но неплохой старт. И я согласился.

– Так вы заработали сто тысяч? Поздравляю.

– Нет, к сожалению, ничего не вышло. Вернувшись домой, я одумался. Потеряли что-то в море? Что это может быть? Наркотики? Скорее всего, правда? Значит, тут где-то проходит маршрут наркотрафика?

Он кивнул в сторону моря.

– Я позвонил ему и сказал, что передумал.

– Конец истории?

Он покачал головой и посмотрел в сад.

– О, нет. С этого все и началось.

– Дайте угадаю. На этом его вежливость закончилась?

– Да. Он сказал, что это должно быть сделано. Немедленно.

– А если нет?

Симон провел пальцем по горлу.

– Серьезно? Он угрожал вашей жизни?

– Не прямо, но выразился довольно ясно. Сказал, что, видимо, я не понял, о чем идет речь. Что даст мне еще один шанс. Я должен дать ответ в течение пары дней.

– Это с ним вы говорили той ночью? Когда София не нашла вас дома?

Кивнув, он стыдливо посмотрел в пол.

– Извините, я не хотел лгать или чтобы она проснулась и не нашла меня… я просто не знал, что мне делать.

– Вы знаете его имя?

Симон кивнул головой.

– Стив. Татуировки, мышцы и все такое. Сорри, что докучаю вам всем этим. Но я просто не знаю, что мне делать.

Он медленно покачал головой и спрятал лицо в ладонях.

– Черт, черт, черт. Какой же я идиот.

Миа встала с кресла и положила ладонь на руку Симона.

– Я подумаю, что можно сделать. Сейчас уже поздновато, но завтра посмотрим.

– Вы сможете, правда?

В его глазах читалась едва заметная улыбка.

– Большое спасибо, Миа. Огромное вас спасибо.

Увидев его взгляд, Миа вдруг почувствовала то же, что и в первую их встречу.

Отец-одиночка и дочь.

В этом идиллическом месте.

Другая жизнь?

Возможность?

Для нее?

С моря подул ласковый теплый бриз. По взволнованному лицу Симона пробежали мягкие тени.

– Уверены, что не хотите выпить глоточек?

Она постояла несколько секунд в нерешительности и спустилась с веранды.

– Наверное, в другой раз. Мне надо работать. Кстати, хотела кое-что у вас спросить.

– Да?

– Вы хорошо знаете Аниту Хольмен?

Судя по слегка разочарованному виду Симона, он рассчитывал, что она передумает и останется.

– Нет, не очень, а что?

– Отец мальчика? Юнатана? Может, слухи какие ходят о том, кто он?

Он подумал секунду, но покачал головой.

– Нет, я ничего такого не слышал. Это?..

– Спасибо. Надо было только проверить.

– Позвоните мне, – сказал Симон.

– Окей. – Миа, пройдя вдоль камней клумбы, направилась к мотоциклу.

Приближалась полночь, и Мунк, сидя в баре отеля «Юртен», топил горе в стакане минералки «Фаррис» со льдом и кусочком лайма. В маленьком помещении было пусто, только он и молодая девушка, ходившая туда-сюда. На ее бейдже было написано Рут, и очевидно, в ее обязанности входило намного больше, чем работа бармена. Она напомнила ему о его единственной дочери Мириам. Как та сыграла летом пышную свадьбу и как Мунк гордо вел ее через цветущий сад к алтарю.

– Вам еще что-нибудь нужно? – улыбнулась Рут.

– Все нормально, – кивнул Мунк, положив приготовленную сигарету на пачку.

Он пытался ограничить курение.

Держать себя в форме.

Четыре недели интенсива.

Это худшее, что случалось в его жизни.

Без сомнений.

У Лилиан была зависимость от тренировок, и она откровенно поддразнивала Холгера по поводу свисающих у него со всех сторон складок жира и стыдила его, особенно когда ему приходилось садиться, чтобы обуть ботинки. В конце концов Мунк разозлился и, не желая больше слушать насмешки, решил пойти в спортзал.

Ладно.

Ну что ж.

Давай попробуем.

Он пожалел об этом через две секунды.

Мунку пришлось выполнять приседания, приседы, наклоны, берпи, планку, отжимания и еще многое, черт его знает, как это все называется, в помещении с ужасной музыкой, орущей из колонок. По окончании тренировки его стошнило в раздевалке, ему было так плохо, что, стоя над раковиной, он еле дышал.

По пути домой за рулем была Лилиан.

– Вид у тебя такой, словно ты уже сдался.

Так что нет.

Так нельзя.