Прежде чем ответить, я повернулась к стюардессе, которая закрывала дверь в кабину пилота. Тут же из динамиков прозвучал голос капитана: — Леди и джентльмены, прошу прощения за задержку. Диспетчерская разрешает взлёт, а у кого транзитный рейс, то я уверен, что при таких погодных условиях мы прилетим в Сан-Франциско по расписанию.
Я покачала головой: — Ты задержал самолет?
Нокс взял меня за подбородок и посмотрел мне в глаза.
— Ты принадлежишь мне. И я не позволю тебе лететь через всю страну одной.
— Как?
— Почему? — спросил он, не отвечая на мой вопрос.
— Я уже говорила тебе — Челси.
— Чарли́, на нее напали в твоей квартире.
Я кивнула.
— Нет, ты меня не слушаешь. Кто-то напал на нее в твоей квартире.
— Так ты знал? Ещё до нашего телефонного разговора? — удивлённо спросила я.
— Делорис знала. Разве ты не понимаешь? Не понимаешь, насколько это опасно? И я не дикарь, не придурок или кем ты ещё хотела меня обозвать. Я просто осторожен. Сегодня ты пыталась сбежать от Айзека. Но ты должна оставаться с охраной.
— Так вот почему он здесь? — спросила я.
— Да, пока что. Он здесь ради нас обоих. Я поеду с тобой, чтобы проведать Челси. Если ты решишь остаться, мне нужно будет вернуться в Нью-Йорк, а миссис Витт обеспечит нашу безопасность.
Я посмотрела вниз, когда Нокс взял мою руку, и наши пальцы переплелись. Тепло от его прикосновения проникало во всё тело, наполняя меня надеждой, которой я никогда раньше не испытывала.
— Что? — спросил он.
— Я боялась, ты расстроишься.
Он поцеловал меня в нос.
— Расстроюсь, что ты беспокоишься о сестре?
Я покачала головой.
— Я говорила тебе…
— Чарли́, да, сестра не по крови. У меня нет братьев и сестёр, но есть люди, которые мне ближе, чем родные. Мы поедем и убедимся, что с Челси всё в порядке. И потом, если ты захочешь, мы можем забрать её с собой в Нью-Йорк, чтобы она была в безопасности. Если она так много значит для тебя, значит, она также важна и для меня.
Я снова покачала головой.
— Кто ты, чёрт возьми?
Нокс наклонился ближе, и его запах затуманил мои мысли.
— Я — Бэтмен, принцесса. В следующий раз, когда ты захочешь лететь через всю страну, просто скажи. И мне не придётся откладывать планы двухсот человек, мы просто полетим на моём Бэтмобиле.
Он покачал головой, когда самолёт начал двигаться и указал подбородком на мои колени.
— Что?
— Пристегни ремень.
Мне не хотелось отпускать его руку, но я усмехнулась и пристегнулась.
— Вообще-то, — сказала я, — кажется, я сижу на твоём месте. Оно было не занято, и я пересела на него, чтобы смотреть в окно.
— Можешь остаться там. — Он снова взял мою руку, поднёс её к губам и поцеловал костяшки пальцев. — Меня вполне устраивает вид, который я сейчас у меня перед глазами.
После того, как мы поднялись в воздух, я откинулась назад и попыталась во всём разобраться.
— Нокс?
— М-м-м-м?
— Как Делорис всё узнала? Она видела записку, которую я тебе оставила?
— Ты оставила мне записку?
— Да, — ответила я. — В гостиничном номере.
— Нет. Это был твой телефон.
— Мой телефон?
— Несмотря на то, что ты пыталась его потерять, Айзек следил за тобой сегодня. Он сказал, что ты расстроилась из-за звонка и помчалась обратно в отель.
— Я не пыталась уйти от него. Я хотела прогуляться, проветрить голову.
— Надо было просто сказать. Не надо пропадать без вести и причин.
Он присматривает за мной в апартаментах?
— Пожалуйста, продолжай, но я должна тебе кое-что сказать.
— Делорис проверила твои звонки, — пояснил он. — А поскольку все они, за исключением звонков мне или Айзеку, были в Калифорнию или из Калифорнии, она провела небольшое расследование. Я не знаю, как и что она делает, но она поистине бесценна. — Он сжал мою руку. — Что ты хотела мне сказать?
— Ты, наверное, уже знаешь.
— Даже если и так, я предпочел бы услышать это от тебя.
Мой живот скрутило от мысли, что я собираюсь ему сказать. Мне нравился мужчина рядом со мной, тот, кто заботился о моей безопасности, тот, кто слушал и держал меня за руку. И если бы я сказала ему, что снова не подчинилась требованиям, что подписала договор аренды и согласилась сохранить квартиру, превратится ли он в того, кем был вчера и прошлой ночью?
— Мне страшно, — призналась я.
Стюардесса улыбнулась Ноксу, когда вручила ему наши напитки. Когда Нокс передал мне бокал красного вина, его щеки покраснели.
— Давай выпьем.
— За что?
— За нас — что мы снова вместе в Калифорнии. — Его улыбка стала шире.
Наши бокалы соприкоснулись, и мы сделали по глотку.
— Мы также могли бы выпить за то, что ты собираешься рассказать мне.
Я вздохнула.
— Не думаю, что это достойно тоста… Я не отказалась от аренды. Я подписала сегодня договор, и у меня есть ключи от моей квартиры.
По тому, как он кивнул, я поняла, что была права. Он всё уже знал.
Я подождала его ответа, но он молчал, и я спросила: — О чём ты думаешь?
— Я думаю, как будет весело остаться с тобой наедине.
Напряжение в животе спустилось ниже.
— Вот это меня и пугает, — сказала я, и это прозвучало больше соблазнительно, чем испуганно.
