— Я не шеф-повар, но могу приготовить неплохие спагетти и фрикадельки.
— Фрикадельки? Ты же понимаешь, что разговариваешь с итальянцем?
— Ну… — я помолчала, сморщив нос. — Я всегда покупала замороженные фрикадельки.
Свободной рукой он схватился за сердце.
— Какое святотатство!
— Как насчет поджаренного сыра?
— Сэндвич с сыром на гриле? — спросил он.
— То же самое.
— Звучит замечательно. — Двери открылись. — Как думаешь, какое вино подойдет к сэндвичам с жареным сыром?
— Калифорнийское, — в унисон ответили мы.
Нокс открыл дверь и щелкнул выключателем. В гостиной и столовой зажегся свет, словно мягкая белая жидкость, смывающая темноту. Это здание было старше, чем у Патрика, но все еще современное по Нью-Йоркским стандартам. Дубовый пол контрастировал со светлыми стенами. Как и в квартире Патрика, впечатляющей особенностью были окна. Две смежные стены были заняты окнами от пола до потолка. Вид на освещенный город был ошеломляющим.
Нокс взял меня за руку.
— Давай я тебе все покажу.
Я молча согласилась, следуя за Ноксом из комнаты в комнату. Сначала мы вошли в небольшой коридор с тремя дверьми. Одна вела в ванную. Следующая вела в маленькую спальню с двуспальной кроватью и другой мебелью. Последняя дверь вела в большую спальню, красиво оформленную в коричневых и зеленых тонах. Кровать с балдахином была королевского размера, и занимала почти все пространство комнаты.
Прямо напротив находился камин с телевизором с плоским экраном сверху. У окон, из которых открывался великолепный вид на город, стояло плюшевое кресло с такой же тахтой. К спальне примыкала гардеробная размером с первую спальню, только длинная и узкая, с мягкой банкеткой посередине. Вдоль стен стояли шкафы и комоды. В дальнем конце гардеробной находилась большая ванная комната с душем, в котором были насадки для душа со всех сторон. Из ванны также открывался вид на город. В ванную комнату можно было попасть как из гардеробной, так и непосредственно из спальни.
Когда мы закончили круг и вернулись в спальню, я сказала с ухмылкой:
— Я займу эту комнату.
— Да, принцесса, так и будет.
— Надеюсь, ты не возражаешь против той, что поменьше.
Его губы изогнулись в усмешке.
— Я бы задал тебе тот же вопрос, но, как ты знаешь, ты получила большую.
Я кивнула.
В противоположном направлении от столовой находился еще один коридор. Он вел в кабинет, тренажерный зал и еще одну ванную.
— Если тебе нужен собственный кабинет, мы можем переделать вторую спальню.
— Но если ты это сделаешь, то где будешь спать?
Он сжал мою руку.
— Все твои вещи с "Мандарина" и из поездки здесь. Я имел в виду то, что сказал о покупках. Бери все, что тебе нужно. Погода здесь не такая, как в Пало-Альто. Я уверен, тебе понадобятся вещи.
Я не хотела думать о том, чтобы тратить больше его денег.
— Эти двери рядом со столом ведут наружу?
Нокс пошел впереди и открыл дверь. Балкон был длиной со столовую и кабинет. Там стоял маленький столик на двоих, а также шезлонги. Мы были высоко над городом.
— Нокс, это великолепно. Мне нравится вид.
— Ты хочешь сделать эти знаменитые сэндвичи или рассказать мне, о чем говорил мой отец?
— Если есть выбор, то я сделаю сэндвичи.
— Выбора нет, — сказал он, когда мы вернулись внутрь.
Я порылась в холодильнике, пока Нокс искал хлеб и сковородку.
— Твой повар живет здесь? — спросила я.
— Если я не захочу жить на сэндвичах с сыром, то да.
— Как я уже сказала… спагетти.
— Только не с замороженными фрикадельками.
— Они не заморожены, когда их готовят.
— Ее зовут Лана, — сказал он. — Она живет в этом доме и работает на нескольких жильцов. Она также убирает и стирает.
Я кивнула, намазывая хлеб маслом.
— Не знаю, с чего начать. Помнишь, ты сказал, что мое незнание твоего прошлого освежает?
— Да.
— Это чувство было взаимным. Я не прятала свою семью… просто они мне не нравятся. Я провела четыре года в Калифорнии, притворяясь, что их не существует.
— Расскажи мне, как ты стала наследницей, что бы это ни значило, и почему ты прибегла к "Измене".
Хлеб зашипел на раскаленной сковороде.
— У меня был трастовый фонд, а потом его не стало. Я была в отчаянии. Кто-то рассказал мне об "Измене". Я пошла на собеседование. Все так, как я сказала. Все это было правдой.
— Откуда мой отец знает, кто ты?
Я пожала плечами, переворачивая сэндвичи.
— По фотографии в прессе, я полагаю. Там было мое имя.
— Алекс Коллинз, — сказал Нокс. — Извини, конечно. Я неплохо разбираюсь в именах. Хилтон, Трамп, я бы это понял. Коллинз? Я ничего не понимаю.
— Коллинз фамилия моего отца. И прежде, чем ты спросишь, да, он умер. Девичья фамилия моей матери… — я опустила голову, когда бабочки превратились в летучих мышей в моем животе, делая сэндвичи менее привлекательными. — … фамилия моей матери…
Нокс появился позади меня, его крепкие руки обхватили меня за талию.
— Подожди. Прежде чем ты скажешь мне это, потому что я чувствую, что это важно, позволь мне налить нам вина. Давай наслаждаться летней ночью на балконе, есть бутерброды, и греться в том, что мы встретились лицом к лицу с дьяволом и остались живыми.
Я склонила голову на его твердую грудь.
