— Главное, чтобы ты не размножался, милый, — фыркнула я, подтолкнув Энтони к столу. — Второго такого выродка мир не переживет!
— Что ты сказала? — яростно зашипел парень.
— Мне повторить? — я старалась выглядеть беспечно и расслабленно, словно злость в его глазах не задевает меня.
— Что здесь происходит, Мистер Малфой? — рядом оказалась высокая женщина в тяжелой зеленной бархатной мантии, строгий идеальный пучок, чуть осунувшееся лицо, морщинки.
— Ничего, профессор, — вежливо улыбнулась я. — Мистер Малфой подходил поздороваться.
— Увидимся еще, — презрительно выплюнул Малфой, совсем не стесняясь преподавателя. — Креб, Гоил, идем!
— Мистер Голстейн, может быть, вы внесете ясность? — женщина выжидающе взглянула на старосту.
— Нет, профессор МакГонагал, — тихо пробурчал Энтони, отводя глаза.
— Что ж, — женщина недовольно поджала губы и, отвернувшись, направилась к преподавательскому столу.
Я облегченно выдохнула, отерла вспотевшие ладошки о мантию и тряхнула головой, от чего один непослушный рыжий локон упал на лицо. Раздраженно сдув его, повернулась к столу, натолкнувшись на десятки шокированных взглядов, недоуменно перевела взгляд на Энтони.
— Что? — удивленно спросила я.
— Не стоило тебе связываться с Малфоем, — как-то сокрушенно покачал головой парень, усаживаясь за стол.
— Он еще та сволочь, — рядом села Орла, быстро хватая тост. — Жди беды, Крам.
— И ты туда же? — удивленно спросила я, садясь за стол.
— Поверь, Малфой не зря Слизаринец, — покачала головой девушка, отпивая из кубка.
— Сначала Уизли, теперь Малфой, — Энтони устало сел за стол. — Только утро, а я уже устал.
Смех неожиданно прекратился, по Большому Залу начались перешептывания. Я посмотрела на двери Большого Зала. Появление этой троицы вызвало не меньше внимания, чем наше. Первым был парень среднего роста, в круглых очках, второй высокий, немного неуклюже-долговязый рыжий парень и кудрявая девушка.
Хлопанья крыльев над головой заставили меня запрокинуть голову, Мунин хищной стрелой прорезал строй сов и, немного зависнув в воздухе, плавно опустился перед мной. Позер. Фыркнув, забрала у ворона забытые утром письма. Он горделиво прошелся по краю стола, дернул любопытную первокурсницу за рыжий локон, от чего она засмеялась и, подпрыгнув, взлетел вверх.
Не обращая внимания на заинтересованные взгляды, я стала разбирать почту. Письмо от Виктора. Письмо от отца. А вот третье письмо меня заинтересовало. На нем не было имени отправителя или обратного адреса. Вскрыв конверт, пробежала глазами по строчкам.
«Ты же не думаешь что избавилась от меня, конфетка?
С любовью Ланс.»
Что это могло значить? Я перевернула пергамент в надежде, что там есть объяснение или хоть какое-то пояснение к странной записке, но ничего не обнаружила. Скомкав письмо, сунула в сумку, подумаю об этом позже. Письма родных решила оставить на потом, чтобы сразу же написать ответ.
— Идешь? — Орла поднялась из-за стола. — У нас сейчас Прорицание.
Я растерянно взглянула на девушку и отыскав в сумке свое расписание, посмотрела на список занятий.
— У меня сейчас Руны, я не записывалась на прорицание, — отозвалась я. — Но буду рада если подскажешь где кабинет.
— Идем, нам почти по пути, — отозвалась Орла, перекидывая ногу через скамейку.
Орла, похоже, была не из болтливых, до нужного кабинета мы дошли в молчании. Девушка просто махнула рукой на прощание и ушла дальше по коридору. От Рун я не ждала ничего особенного, так что сорок пять минут занятия я только и делала, что записывала за преподавателем.
Второй сдвоенной парой с Пуффендуем оказалась Травология с профессором Стебль. Выйдя из Хогвартса недовольно поморщилась, в воздухе застыла туманная морось, а небо было дождливо серым. Запахнув мантию поплотнее, выцепила взглядом впереди идущую Орлу и попыталась ее нагнать, но едва я попробовала ускорить шаг, как в меня врезались два остолопа из Пуффендуя.
Едва не нырнув носом вперед, раздраженно зашипела, а парни поспешили смыться. Орла уже скрылась в теплице. Обреченно вздохнув, поплелась вперед. Вот бы сейчас оказаться перед теплым камином с кружкой горячего кофе и булочками с корицей. Подбадривая себя такими мыслями, я наконец-то добралась до теплицы номер 2.
Войдя внутрь, передернула плечами, не люблю такую сырость. Если уж дождь, то дождь, чтобы струи по лицу, лужи под ногами и воздух кажется теплым. На травологии мы опрыскивали и поливали какого-то странного вида вьюнки, стебли, которых так и норовили обвить пальцы. Одного остолопа растение все-таки поймало и полностью оплело его руки. Из-за чего Мадам Стебль лишила Пуффендуй 10 баллов и обрезала путы. Они тут же посерели и осыпались требухой парню под ноги.
В Дурмстранге, как таковой, Травологии у нас не было, все травы мы уже видели в готовом сушеном виде. Изучали мы их на занятиях по Целительству. В северном климате школы травы выращивать было тяжело, так что криворуких и неумелых студентов к ним не подпускали, чтобы не загубить старания преподавателя.
