Бельские. Юлия и боевые маги клана готовились атаковать.
И пришло понимание — в этот раз действительно все кончено. Я полностью выложился, отражая удар черного артефакта.
Ничего не скажешь, удачно подобрали момент. Тотально опустошение не даст отбить даже простенькое заклятье. В это время на границе чувствительности стремительно накапливалась энергия для сокрушительного удара, который не пережить.
Счет пошел на секунды.
Оставался единственный выход — бежать. Но как? Обратно к кортежу не успею. К тому же меня там встретят заградительным огнем. Продавшийся Лукьян наверняка проинструктировал своих людей на этот случай. Тогда что? Только умереть с гордо поднятой головой.
Внезапно вокруг забурил туман, поднимаясь густой молочно-белой дымкой от поверхности заледенелой земли. Миг — и меня окутала светло-серебристая хмарь, заключая в объятья. Сознание помутилось, последнее что помню, далекий раскат грома — подготовленное Бельскими заклятье было пущено в ход.
— Ушел! Мелкий гаденыш ушел! — Юлия в ярости пнула ледяной осколок, валяющийся на краю огромной воронки.
Трасса окончательно исчезла, сначала под действием вызванных бастардом сил, затем после объединенного удара боевых магов клана.
— Возможно он все же не выжил после атаки, — нейтральным тоном сказал подошедший дядя Герман.
Княжна наградила его бешенным взглядом, но не выдержав спокойного взгляда, отвернулась.
— Это был пространственный переход, наблюдатели четко заметили выброс на месте, где он стоял, — скрипнув зубами пояснила девушка. Она лучше разбиралась в магии, поэтому старший родственник не стал спорить.
— В любом случае, мы добились своего, — заметил он. — Северный Удел освободился от тирании малолетнего безумца.
Юлия повернулась к дяде и долгих три секунды смотрела на него, словно сомневаясь, не ослышалась ли она.
— Идея была в том, чтобы убить его при помощи артефактов, — наконец напомнила она. — Или ты забыл, ради чего все затевалось и каких результатов ждут остальные?
Упоминание других князей и лордов, следивших за устроенной засадой при помощи дистанционных технических средств, вызвал на лице старшего Бельского гримасу раздражения.
— Это наше внутреннее дело, их не касается, — процедил он.
Княжна покачала головой, то ли удивляясь проявленной наивности со стороны опытного политика, то ли восхищаясь его безразличием к замешенным в деле персонам, по силе и влиянию, не уступающим властителям Северного Удела.
— От этого зависело по какому пути мы все пойдем, — устало проронила Юлия. — Андрей нейтрализовал один из мощнейших боевых артефактов, созданный на стыке магии и технологии. Это тревожный звоночек для всех, и повод начать действовать немедля.
— Но он сбежал, — не успокаивался Бельский, не разбиравшийся в военном деле, и привыкший думать о нем с точки зрения обывателя. Раз сбежал, значит проиграл — так рассуждал он, не видя далекоидущих последствий от подобного «проигрыша».
— Сбежал, когда уже был опустошен предыдущей атакой, — указала Юлия, подняв палец. — При этом в очередной раз продемонстрировав недоступные для других одаренных возможности. Кто из Бельских способен открыть пространственное «окно»? Я отвечу — никто. Это за пределами наших способностей. Такая магия лежит в совершенно иной плоскости. А он это сделал. Причем, судя по всему, используя крохи энергии, что говорит о тонких манипуляциях на запредельных для обычных магов уровне.
— Опять намекаешь на Хлад? — кисло осведомился Герман. — Для тебя это уже стало манией.
— Не только для меня, но и для всех думающих патриархов, — холодно заметила Юлия. — Стихии предоставляют своим носителям слишком много возможностей. И остальные кланы это понимают.
— Всегда думал, что это лишь повод избавиться от конкурентов, — пробормотал старший Бельский.
Княжна пожала плечами.
— Может изначально это было и так. Но когда князья и лорды увидели подлинные способности Проклятых, то испугались, что в какой-то момент, те станут настолько сильны, что справиться с ними уже не получится даже совместными усилиями, — девушка снова пнула ледяной осколок и окинула внимательным взглядам ледяную пустошь, словно врезанную в разрушенный кусок трассы с огромной воронкой посередине. — Больше скажу, дядя, наша сегодняшняя небольшая эпопея дала необходимый толчок, и даже самые нерешительные поняли, что от Одержимых надо избавиться. Какие бы для этого не пришлось приложить усилия.
28.
Невыносимая жара. Над головой солнце давит на плечи раскаленным ярмом. Воздух сухой, плотный. Слева и справа в бесконечность уходят пески. Впереди плещутся волны, накатывая легким приливом. Неестественная тишина.
— Хорошо покатились, — хрипло выдыхаю я, глядя на водную гладь, теряющуюся за горизонтом.
