"Лахор" приближался к землям севинов. Даже под сенью лесов попадались селения, жители которого говорили на родном для меня языке. Это, вообще говоря, было удивительным. Ильвы отличались большой замкнутостью, не допуская в свои земли никаких чужаков; с севинами же они почему-то охотно заводили дружбу. Некоторые полагали даже, что севины и ильвы происходят от одного корня, хотя, конечно, сходство их было довольно поверхностным. Так, и севинов, и ильвов можно было назвать блондинами, но севины - скорее русоволосые, у ильвов же волосы серебристо-серые, почти белые; тонкие строгие лица ильвов никак не напоминали круглые лица севинов, и даже хотя и те, и другие отличались высоким ростом, ильвы были худощавы, севины же довольно коренасты. Разве что серый цвет глаз сближал два этих народа.
Первоначально Севины были одного корня со Станами и Скоротами, входившими в союз Радимов. Но Станы совершенно смешались с Хротарами, образовав народ Гулы, переняв у Хротаров и язык, и обычаи, Скороты же почти полностью были истреблены в кровавых усобицах. Уцелевшие семьи влились в род Севинов, и носителями языка и обычаев Радимов сейчас остались одни Севины.
Медленно двигался морской корабль по изгибам лесной реки.
- К берегу, ребята! - Дахарт навалился на кормовое весло. "Лахор" скользнул под навес деревьев, и с поваленного бревна на борт прыгнул человек. Миг спустя я узнал дана Вогурома Хартага.
- Ты вовремя, Дахарт, - похвалил дан кормчего. - Я начал уж волноваться.
В этот миг он заметил меня.
- О Великий Оспоривший! Какими судьбами? Откуда ты здесь?
- Хотел бы и я знать то же, - отвечал я.
Дахарт, вдруг засуетившись, пригласил нас в свой кормовой шатер.
- Я ищу справедливости, - ответил мне Вогуром. - Я собираюсь вернуться на трон предков.
- Если тебя там захотят видеть, - возразил я.
- Мои претензии есть, чем подкрепить, - кивнул Вогуром уверенно, и я вспомнил, что он - сын Румата, основателя Общины Воинов.
- Сдается мне, ты идешь из тех мест, где обитает Первый Хранитель Аронд, - припомнил я. - Ты, случаем, не сговорился с Арондом поделить владения дана Атрана?
Вогуром посмотрел на меня с тайным страхом:
- Надеюсь, ты здесь не по поручению моего брата?
- Именно по его.
- У тебя способности поступать на службу к моим врагам! - вскричал Вогуром.
- Только после того как ты сам бросил вверенных тебе людей, - ответил я. - Не забывай - поначалу я служил тебе.
Вогуром тяжело дышал, глядя на меня с подозрением. Потом вдруг взял себя в руки и приветливо улыбнулся:
- Сколько ты еще будешь поминать старые обиды?
- Я давно их забыл. Просто с тех пор я считаю себя свободным от всех обязательств по отношению к тебе.
- Ты можешь считать себя свободным и от обязательств по отношению к моему брату, - заверил меня Вогуром. - Думаешь, он лучше меня в вопросах чести? Увидишь, как он побежит спасать свою шкуру, когда я появлюсь под стенами Бросс Клагана.
- Возможно. Но пока мне не в чем его упрекнуть.
- Ты говоришь так, будто сам себя всегда ведешь безупречно!
- Отнюдь. Я оставляю за другими право судить меня - но и я могу судить других, ибо сам сужу не со своих позиций, но с тех, что даны мне при обучении Сирагундом и, через него - Сохранившим!
-Ясно. Помощи от тебя ждать не приходится. По крайней мере, расстанемся друзьями.
- Высади меня на Драконьей горе, - попросил я Дахарта. Более мы не разговаривали.
В тот же день, к вечеру, мы выплыли через широкий исток реки в Дрекла - Драконье озеро, где далеко впереди виднелась острая вершина горы. В течении нескольких дней мы шли на нее. Дахарт со страхом иногда поглядывал на гору, но ничего не говорил, и только когда "Лахор" бросил якорь возле острова, подошел ко мне.
- Желаю удачи, - произнес он, пряча глаза. - Мы с Вогуромом договорились, так что не взыщи...
- У каждого свои дела, и меня ваши не интересуют, - сказал я с большим равнодушием, чем то, в которое можно поверить. На лодке меня доставили к подножию горы, и "Лахор" поспешно отплыл, направляясь к южному берегу озера.
Коричневатые старые отроги сбегали к самой воде. Разглядев узкую тропку, я стал взбираться наверх, рассудив, что с вершины скорее увижу жилище мага или вход в гору. Тропа вилась и вилась вокруг горы, навиваясь лентой, ныряя меж утесами, - и вдруг завершилась у ворот, вырубленных прямо в скале.
Толкнув створку, я вошел. За воротам был крытый дворик, а прямо против входа - лестница, уводящая вверх. Я продолжил подъем - и вскоре дошел до двери, ведущей в небольшую комнату.
Комната была пуста. Я осмотрел полки, огонь в очаге, кресло у стола - казалось, хозяин только что вышел и вот-вот вернется. Решив не испытывать судьбу, я подошел к двери.
- Заходи, - кресло вдруг развернулось ко мне, и на меня полыхнуло огненное одеяние. - Раз уж ты все равно добрался.
Я порывисто обернулся. Из кресла, облаченный в долгую накидку огненного цвета, на меня смотрел Эрттар Диваг, более известный мне под именем Аронд, Первый хранитель Йострема.
